Я неохотно кивнул. Прошло полтора года с момента нашей свадьбы, и с каждым днем я любил свою жену все больше и больше. Ее страдания из-за выкидыша дважды разорвали мое сердце в клочья: один раз за нее и второй – за себя. Но она напомнила мне, что нам приходится переживать трудные испытания, чтобы приумножить счастье, и что даже самое ценное не всегда остается с нами столько, сколько хотелось бы.

Я поцеловал ее в последний раз и выкатил свой чемодан за дверь нашей квартиры в центре города, оставив ее за столом у окна с видом на парк.

После оглушительного успеха кампании спортивной обуви Люси и Яна открыли собственную фирму, специализирующуюся исключительно на экологически чистой одежде. Моя гордость за Люси не знала границ, потому что она неустанно трудилась, чтобы добиться перемен к лучшему на нашей планете, сегодня и через много лет. Она доказала, что сильнее и храбрее, чем я представлял. Жизненные преграды и сердечные страдания она встречала с непоколебимым мужеством и любовью. Но каждый шаг от нее в то утро казался предательством. Или ужасной ошибкой.

Три часа спустя я стоял в аэропорту в очереди на прохождение контроля безопасности, когда сердце сжалось от острого чувства тревоги. Я уловил запах курительной трубки в стерильном воздухе аэропорта.

– Люси…

Я протолкался обратно через очередь, нащупывая свой телефон и оставляя за собой шлейф ругательств и неприязненных взглядов. Я набрал ее номер. Тишина в ответ.

– Черт.

Я метался по парковке для такси, когда пришло сообщение от Яны – набор полных паники слов, которые поразили меня, словно пули.

Люси у гинеколога. Что-то случилось. У нее кровотечение. Я не смогу быстро до нее добраться, я на севере штата.

– Черт возьми, нет, – выдохнул я. – Пожалуйста, нет, только не снова.

Приехало такси, и я перенаправил водителя к офису доктора Д’Онофрио, женщины, которая уже провела нас через одну мучительную потерю.

– Люси Абисаре, – сказал я женщине на стойке регистрации. – Я ее муж.

Ее улыбка царапнула меня, как стекло.

– Ох, да, проходите. Смотровая номер три.

Я ворвался в кабинет, и мое сердце раскололось пополам, когда я увидел Люси на смотровом столе, одной рукой она прикрыла глаза и всхлипывала. Нижнюю половину ее тела закрывала бумажная простыня.

– Люси. – Я бросился к ней, взял ее свободную руку и прижал тыльную сторону ладони к губам. – Ох, любовь моя. Мне очень жаль. Очень жаль.

Она качала головой, едва в состоянии говорить.