Амнезия остановилась и резко развернулась ко мне. Так, что светлые пряди упали ей на лицо. В ночной темноте ее лицо выглядело особенно бледным, а тревожные тени залегли под лихорадочно горящими глазами.

— Я до сих пор чувствую тяжесть его ботинка и дикую, лишающую сознания боль. Тот человек просто растоптал мою руку, — с отсутствующим видом прошептала она, прижимая к себе левую руку в защитном жесте, словно та еще болела. — И слышу, как хрустит, ломаясь, кость.

— Господи, Эм, — пробормотал я, прижимая ее к груди. — Мне очень жаль.

— Ты ни в чем не виноват.

Возможно, но чувство вины от этого меньше не становилось.

— Может, ты вспомнила что-нибудь еще?

— Нет. Мне и этого хватило.

Я обнял Амнезию за плечи и повел вдоль берега. В душе разыгралась настоящая буря из нежности к этой девушке вперемешку с гневом на чудовище, что могло сотворить с ней подобное.

Если бы я знал, кто он…

— Ты видела его? Сможешь описать?

— Нет, — печально ответила Амнезия. — А если бы и видела, что бы это дало?

Не так уж и мало. Мы могли бы составить фоторобот, просмотреть полицейские архивы и базы данных… сделать хоть что-нибудь. Черт, да все, что угодно, лишь бы найти этого ублюдка.

— Остров осматривали после исчезновения Сэди? — Сейчас голос Амнезии казался глухим и каким-то бесконечно далеким. Немигающий взгляд был словно прикован к водной глади.

— Мы искали везде, — ответил я. — Облазили остров вдоль и поперек бесчисленное количество раз.

— И?

— И ничего. Ничего и никого, кроме чудной вдовы и старого разваливающегося дома. Полиция допрашивала ее несколько раз.

— Неужели она ничего не видела?

— Ничего.

— А сам дом обыскали?