— Это может быть ребенок, — произнес я вслух, надеясь, что звук собственного голоса удержит меня, словно якорь.

Нет. Я не хотел, чтобы это оказался ребенок. Не потому, что я был каким-то звездным парнем с комплексом героя, а дети — самые невинные жертвы из всех. Причина была в том, что я хотел, чтобы это был кое-кто другой.

Тот, кто, я точно знал, не может быть девушкой. Кто-то, кто давно ушел и никогда не вернется.

Выйдя из воды на слишком длинную траву, я споткнулся, но не упал. Опустившись на колени, положил тело перед собой.

Длинные пряди волос прилипли к ее лицу, скрывая все черты. Ил из озера покрыл кожу девушки, а одежда была разорвана и практически просвечивала.

— Ты меня слышишь? — прокричал я. — Эй!

Ее лицо оставалось отвернуто, что было невыносимо. Вода стекала по моему лицу, капала с ресниц и цеплялась за одежду, которая липла к телу. Стряхнув неприятные капли со своих глаз, я издал приглушенный звук, обхватив ее подбородок своими длинными пальцами.

Я повернул лицо девушки к себе, крепко удерживая ее, и смахнул мокрые пряди с лица.

Эмоции нахлынули на меня, что я чуть не упал. Единственной вещью, что удерживала меня на ногах, — была хватка, которой я все еще держал ее подбородок.

Даже спазм, охвативший мой желудок, и тошнота, хлынувшая в горло, не заставили меня разжать пальцы.

Я жадно всматривался в ее лицо, пока не увидел синий оттенок ее губ.

— Нет! — Слово вырвалось из меня, будто под пыткой.

Быстро двигаясь, я наклонил голову девушки назад за подбородок, проверил рот пальцем и начал делать искусственное дыхание. Я сбился со счета, сколько нажатий сделал на ее грудь. Мой рассудок был омрачен, и чем больше я вглядывался в ее лицо, тем более яростным становился.

Сдавшись, схватил ее за лицо и начал вдыхать воздух ей в легкие. Когда она ничего не сделала, я попробовал снова.

Потребовалась огромная сила воли, чтобы оторваться от нее и вновь начать делать непрямой массаж сердца. Когда я уже был на грани того, чтобы окончательно слететь с катушек, звук воды, булькающей внутри нее, вернул меня обратно.

Быстро соображая, я перевернул женщину набок, пока вода из озера выплескивалась из ее рта, а спина девушки излишне напрягалась, выталкивая из себя всю жидкость.

Убедившись, что она опустошена, я опустил ее на земле. Дыхание девушки было поверхностным, а глаза оставались закрытыми. Кислород, казалось, царапал ее горло, словно битое стекло, пугая меня. Наклонив ее голову назад, я сделал еще два сильных вдоха.

Казалось, они заставили ее вдохнуть столь необходимый кислород, и рваные вдохи, которые она делала, стали звучать не так устрашающе.