— Подождёшь…

Знала, какой будет его реакция, но сейчас просто не могла ответить по-другому…

— Сучка, — мягкий насмешливый мужской голос раздался совсем близко.

Оглянулась через плечо…

Костик уже скинул футболку. Торопливо расстегнул ремень и ширинку, на ходу снимая кроссовки и стягивая штаны…

Я впервые могла рассмотреть его тело — широкие плечи, массивную грудную клетку, немного неправильную сутулую осанку, сформировавшуюся скорее из привычки смотреть исподлобья, покрытую жёсткими волосами грудь, узкие бёдра… Ниже смотреть почему-то постеснялась, быстро подняла голову… Задержалась взглядом на давно зажившем коротком грубом шраме под левым соском, обвела глазами ещё один, тонкий и длинный, тянущийся от пупка до самого бока… Нет, мне неинтересно, откуда они. Мне просто любопытно увидеть наконец всё это… И в принципе, мне нравится. Наверное, если Костя бросит заниматься спортом, то быстро растолстеет. Но сейчас его тело кажется почти красивым…

Поспешно отвернулась в тот момент, когда Костя поднял голову, встречаясь со мной суровым голодным взглядом, и сделал шаг под воду…

— Дай я выйду… — я попыталась протиснуться рядом с ним, безбожно краснея…

Костя только усмехнулся, подталкивая меня за плечо обратно под струю.

Тут же захотелось смыть след его грязной ладони, но вместе с тем от этого небрежного прикосновения внизу живота ударил пульс…

Смешно, насколько сейчас меня сводила с ума чистота собственного тела. Я никогда прежде не чувствовала её так остро, никогда она не казалась мне такой приторно-концентрированной, никогда не действовала так на само сознание… Прежде я могла часами отмокать в ванне, могла посещать салонные процедуры по очистке кожи, могла бесконечно натирать тело скрабами, лосьонами и кремами, но только сейчас я впервые ощущала себя по-настоящему чистой, идеальной, доведённой до какого-то запредельного для меня совершенства…

Наверное, внешне это казалось совсем не заметным, но мне было почему-то смутно жаль того, что Артём не сможет увидеть меня такой…

— Блять, кипяток же, — Костя недовольно скривился. Повернул кран, и воде стала значительно холоднее.

Я сердито фыркнула и забилась в угол кабинки, встав к нему спиной и зачем-то делая идиотский вид, будто изучаю этикетки на бутылках. Чувствовала напряжение, исходящее от Костика, пока он неспеша намыливал губку и растирал тело, изредка касаясь меня то спиной, то плечом, то коленом…

— Потрёшь спинку, Ин? — на этот раз он нарочно подтолкнул меня локтём.

— Сам справишься… — я брезгливо повела плечом, пристально изучая состав апельсинового мыла.