Конечно, я не смогла поступить с Алексом так низко, после всего добра, что он сделал для меня.

Но теперь то, когда мы признались друг другу, что любим других… Опора моментально ушла из-под ног, а я оказалась утопающей в своих чувствах. Сейчас это кажется таким правильным определением, ведь дышать и правда становиться сложно.

Мои мысли до сих пор пытаются ухватиться за спасительную соломинку, чтобы успокоить гулко бьющееся сердце.

Диана моя подруга, поэтому я не должна допускать каких-то взыгравших во мне чувств, даже в мыслях!

Нет, не может же всё быть так безумно сложно! Может, это просто ностальгия по прошлому?

— Что ты тут делаешь? — совсем не услышала, как он подошёл.

Мне не нужно оборачиваться, чтобы понять, кто заботливо накидывает куртку на мои плечи.

— Заболеть хочешь? — ворчливо спрашивает он. — Тебе уже не восемнадцать лет, нужно думать о последствиях.

Слова врываются в мои мысли и приобретают другой смысл.

— Это я и делаю, — продолжая пялится в окно, обнимаю себя за колени. — Думаю о последствиях.

Куртка, накинутая на голые плечи, разносит по телу тепло. Не заметила, как начала коченеть в этом подъезде. Правда, этого тепла недостаточно. Кажется, всё моё тело мёрзнет где-то внутри.

Успеваю лишь сделать глубокий вдох, чтобы попросить его уйти, как оказываюсь в крепких объятиях.

Всё тело напрягается до придела, а в груди замирает сердце. Все мои чувства натягиваются как струна и в какой-то момент с треском лопаются. Как только это происходит, из глаз непроизвольно начинают литься слёзы, а я полностью сдаюсь и отдаюсь его крепким рукам.

— Что у тебя случилось? — спрашивает шёпотом, поглаживая по спине.

— Рассталась с Алексом, — ну, а что? Правда, ведь. И совсем не важно, что на душе паскудно совершенно из-за другого человека.

Ощущаю, как он выдыхает и практически невесомо целует меня в макушку. От такой нежности рыдать хочется только сильнее.

— Всё наладится, — обещает он.

Неужели не понимает, что врёт сейчас? Я уже тону в пучине своих чувств, готовая поднять белый флаг. Только у каждого есть свои принципы. В мои, к примеру, входит — не влюбляться в парня подруги.

Я, конечно, бесспорно нарушаю его. Ну, разве моя вина в том, что полюбила его гораздо раньше?

Позволяю себе спокойно уткнуться ему в грудь, чувствуя гулко стучащее сердце. Разрешаю себе эту вольность, потому что знаю Яна. Он никогда не поступит с девушкой так: не будет крутить сразу с двумя.