— Что с тобой? — Артём вернулся к прежнему занятию. — Какая-то ты тихая. Все нормально?

— Да, — выдохнула. — Просто это сложно, понимаешь?

— Понимаю. — Охотно согласился. — Я как никто другой знаю, какого это: получить нож в спину от лучшего друга. Годы не изменили Седого. Он все такая же эгоистичная мразь.

— Оказывается, я совсем не умею разбираться в людях. Я думала, что мразь — это ты…

Беркут перебил ее громким смехом. И даже отложил в сторону оружие. Встал, подошёл к девушке.

— Я ещё та мразь, Вика, — заправил за ушко упавшие пряди. Провёл пальцем по щеке и поднял вверх подбородок. — Я просто мразь с принципами. — Невесело улыбнулся.

Подошёл в плотную, заставив запрыгнуть ее на столешницу. Разместился между раздвинутых колен и обняв, сцепил пальцы в замок на ее пояснице.

Девушка взглянула в его глаза и начала утопать. Все-таки она ошиблась в нем.

Беркут мог бы ее прогнать. Вышвырнуть, как облезшего больного котёнка. Не пачкать руки, не усложнять себе жизнь. Но вместо этого он рядом. Он помогает. И это не только проснувшаяся, не забытая с годами месть... Нет, Беркут делает это не только ради себя.

Она ему нравится? Что он потребует за убийство Олега? Ведь есть своя плата.