Оставалось только одно: о нашем договоре никто не должен узнать. Для всех окружающих мы счастливая, любящая семья из двух человек, которую потеря жены и матери только сплотила. То, что мы не могли и пяти минут усидеть за столом, спокойно разговаривая, не выносилось за пределы дома. Поэтому я даже не могла пожаловаться подругам на то, какой мой папа - деспот и тиран и как одиноко я чувствую себя все эти годы, хотя и подруг у меня не было. Поэтому для всех он казался воплощением идеального отца, который позволяет мне абсолютно все.

Сегодняшнее утро началось из рук вон плохо - мы появились на кухне одновременно. Такое случалось крайне редко: в дни, когда у меня было утренняя тренировка, я покидала дом значительно раньше, чем отец просыпался, во все остальные дни он уходил раньше моего подъема. Однако, если в его графике внезапно что-то менялось, я пыталась уступить ему кухню и возвращалась к себе в комнату, чтобы дождаться, когда он отчалит на работу. Лучше немного опоздать, чем испортить настроение нашими утренними спорами до конца дня. На этот раз я так сильно спешила, что решила нарушить собственное правило.

Прошла мимо мужчины, который сидел за столом с новым выпуском Harvard Business Review в одной руке и чайной ложкой в другой. Улыбнулась, глядя на него. Мало кто оформляет подписку периодических изданий в печатном виде - ему же каждый месяц курьер привозил домой стопку журналов по бизнесу. Отец завтракал овсянкой с фруктами, от тарелки которой я бы тоже не отказалась, но времени катастрофически не хватало.

- Доброе утро! - равнодушно бросила я, заглядывая в холодильник, который ломился от количества еды.

Бытом в нашем доме, сколько я себя помню, руководила тетя Зина. Коренастая женщина с короткой мужской стрижкой напоминала Фрекен Бок, но от этой известной укротительницы собак, Карлсонов и Малышей ей, к счастью, досталась только похожая внешность. Она не была грубой и властной, к моему непослушанию относилась терпимо, а то, что у неё не было своих детей и ей всю жизнь приходилось воспитывать чужих - ничуть не испортило её характер. Зина объединяла в себе роли домоправительницы и главной поварихи, а для мелких поручений у нее были помощники на полставки - садовник, который возился с шикарным газоном и мамиными клумбами, горничная для уборки и стирки, штатный водитель, чтобы съездить за покупками. Папа не экономил на нашем комфорте и преданную сотрудницу пытался разгружать по мере возможности. Возраст у неё уже не тот! Единственное, что она никому не позволяла делать - готовить вместо неё. Но семья у нас была не капризная, в ежедневной заботе мы не нуждались, и дома нас почти не бывало - так что Зина приходила трижды в неделю.