Сейчас я искала только питьевой йогурт, который могла вкинуть в себя по дороге - такси уже подъезжало.

- Что читаешь? - спросила, чтобы поддержать беседу и избежать неловкой тишины. Последние два дня мы с отцом виделись лишь перед сном: я возвращалась после тренировок слишком поздно, а он соблюдал режим и в это время уже уходил к себе.

- Об ошибках в ценообразовании Netflix, - охотно ответил он, отрывая взгляд от печатного текста и переводя его на меня. Он искренне улыбался, а я смущалась, не понимая, что произошло между нами - впервые беседа была похожа на настоящую. - Как твои успехи?

- Имеешь в виду спортивные или в учебе? - мои брови от удивления взлетели вверх - шутливо-ироническая интонация вырвалась сама собой.

- А какими ты гордишься больше всего? - он снова улыбнулся, принимая моё настроение и оценивающе окинул проницательным, пытливым взглядом серых глаз, как будто видел насквозь.

Ошиблась! Кроме упрямства, о котором стоило слагать легенды, мне достались его выдающиеся, стального цвета глаза. Не такие огромные, голубые, с поволокой, в которые с первого взгляда влюблялись парни, а холодные, выразительные, посмотришь один раз и сразу понятно - принуждать меня к чему-то лучше даже не пытаться.

Среди сверстниц я резко выделялась: прежде всего, абсолютной невозмутимостью в любой ситуации, решимости и цинизма мне также было не занимать. Нет, я не унижала людей, пытаясь показать свое превосходство, в общении с другими от меня всегда веяло холодной вежливостью. Просто оставила детские комплексы позади, отвергла, как рудименты старой жизни, стала уверенной, самодостаточной, взрослой, не зависела от мнения других. Большинство людей считали меня высокомерной, но это был их выбор - смотреть на меня снизу вверх. Я просто делала то, что вело к успеху, не оглядываясь на шепот за спиной - училась на «пятерки», а остальное время не вылезала из ледового катка, отрабатывая новые элементы программы. Оставив танцы, я буквально через месяц нашла увлечение, которое устроило всех членов семьи. Достижения в фигурном катании стали для меня зависимостью: мне не нужны были медали и титулы, но каждый трюк, который я училась делать, был будто новая доза героина для наркомана. Я стала зависима. Я проводила на коньках больше времени, чем на своих двоих - и чувствовала себя абсолютно счастливой. Партнёр у меня за всё время так и не появился - не приспособлена я к парному катанию, привыкла рассчитывать только на себя, поэтому командный игрок из меня аж никакой. А вот заниматься танцами пришлось: сначала через силу, потом с большим удовольствием, ведь знала как это влияет на моё катание - отец был доволен. На льду я точно знала, кто я и к чему нужно стремиться, жизнь же за его пределами плыла по течению. Бессознательно я тянулась к отцу: у меня был его характер, лидерские качества, я перенимала его привычки, любила то, что захватывает его, по собственному выбору училась на факультете менеджмента, собираясь возглавить, если не семейный бизнес, так собственную спортивную школу, где буду воспитывать следующее поколение чемпионов. Может, поэтому нам и было так трудно найти общий язык - я была его маленькой копией со всеми недостатками.