— Да, бежала на автобус, но уже опоздала, — сказала Лючия, взглянув на часы.

— Извини, что стояла на твоём пути.

— Да нет, я все равно бы опоздала. Пойдём. Только давай зайдём на вокзал, я сначала куплю билет на следующий автобус.

— Мне тоже нужно купить билет, — улыбнулась Надя.

— Так ты уезжаешь из Рима?

— Да, у меня есть дело в другом месте.

— Куда ты едешь?

— Сначала в Пескару.

—Ты шутишь? И я туда же! Значит, не зря ты меня сбила с ног, это фортуна! — воскликнула Лючия, увлекая за собой Надю.

— Вообще-то это ты в меня врезалась.

— Неважно. Неважно. Это судьба.

Через двадцать минут билеты были куплены, и женщины разместились в одном из кафе, заказав по чашечке эспрессо. До отправления их автобуса оставался ещё целый час.

— Рассказывай, что ты делаешь в Италии, если не туристка? И откуда ты так хорошо знаешь итальянский?

И Надя рассказала. Про дедушку и бабушку. Про бабушкины итальянские корни и то, что она в последние годы пыталась найти информацию о родственниках, которые наверняка остались у неё в Италии. О том, что пару лет назад, копаясь в старинных бумагах, хранившихся на их даче с незапамятных времён, она каким-то чудом нашла письмо своей итальянской прапрабабки, из которого следовало, что та была родом из некой деревушки под названием Конти, о том, что после долгих изысканий им удалось установить местонахождение этого богом забытого места, но разразившаяся в мире эпидемия коронавируса помешала Ольге Петровне и Наде тут же отправиться в Италию, чтобы продолжить поиски на месте. К сожалению, пандемия в первую же волну унесла сначала Олега Васильевича, а за ним и Ольгу Петровну, которая ушла вслед за мужем в считанные дни.

Ольга Петровна чувствовала, что ей оставалось жить недолго, а потому перед самой смертью призналась Наде.

— Я прожила хорошую жизнь, дочка, и никогда ни о чем не жалела, кроме одного… Я обещала Олегу Васильевичу никогда не говорить тебе, но его уже нет, и меня скоро не будет, а потому мне хочется рассказать тебе…

— Бабушка, не надо так, ты поправишься, — по щекам Нади текли слёзы.

— Мы обе знаем, что моё время истекло, милая, — улыбнулась бабушка, слегка сжав Надину руку.

Сил у неё почти не осталось.

— Не нужно плакать, Надюшка. Я ухожу к нему. Всю жизнь мы не расставались, вот и смерть не хочет нас разлучать.