Winspear Centre находится в самом «сердце» Даунтауна и выступать там — большая честь. Я вышла из такси и осмотрелась, замечая огромное столпотворение неформалов возле входа в здание. Сразу видно — поклонники рок музыки. На стенах висело несколько плакатов с названием группы и фото каждого участника. Мой взгляд задержался на мужественном лице Килла и его серых загадочных глазах. На голове «профессиональный беспорядок», губы изогнуты в обворожительной улыбке — он знает, как завладеть вниманием каждой девушки.

Зал постепенно заполнялся шумными фанатами, которые скандировали название группы. Над сценой установили несколько экранов и горели неоновые буквы «Fhantom». Я сжимала и разжимала пальцы, горя от предвкушения чего-то невероятного, и смотрела в ожидании на сцену, где вот-вот появятся участники.

Свет приглушили, отовсюду раздался восторженный свист и аплодисменты. Прожектор выхватил в центре густого дыма фронтмена группы — Киллера. Уши чуть не заложило от женского визга и писка, а на островок сцены стали выходить один за другим музыканты, приветствуя публику. Шоу началось…

Я не сдерживала восторженной улыбки, наблюдая за Киллом и слушая его магический голос. Каждая строчка, песня, пропитана смыслом, а в комплекте с его бархатным тембром — выходило что-то невообразимое. Я не переставала удивляться, как он с легкостью заманивал «в свои сети» харизмой и интригующим образом, улыбкой. Неужели он тогда был несчастлив, и это всего лишь «фальшивая маска» для фанатов? Я считала Килла уникальным человеком и музыкантом, безмерно талантливым, но не понимала, почему в нем погас «огонек». Можно ли его зажечь вновь?

Пару раз наши глаза пересекались, пока его взгляд блуждал по VIP-зоне, и я ловила широкую довольную улыбку Карлейла. Удивительно, что в таком скоплении людей, он находил именно меня — от этого в груди разливалось приятное тепло. По коже бегали знакомые мурашки, которые настораживали, а сердце ускоряло ритм, когда я вспоминала прикосновение его губ.

Полтора часа пролетели незаметно. Хотелось крикнуть «Еще!», потому что слушать его, смотреть — одно удовольствие. Но это был еще вовсе не конец…

— Сегодня день рождения у одного важного для меня человека, — произносит таинственно Килл, находя мои ошарашенные глаза.

Черт… Не может быть. Пальцы сжимают нервно черную шифоновую ткань платья, в ушах нарастает шум. Он улыбается одним уголком губ, наклоняет немного голову, а шоколадные влажные пряди спадают на лоб.

Фанаты одобрительно гудят, я же недоверчиво кошусь и мотаю медленно головой. «Не делай этого» — безмолвно прошу Килла, потому что понимаю: если сейчас он назовет мое имя, нашим «тайным отношениям» придет конец. Кто знает, что произойдет потом. Катастрофа? Апокалипсис? Эта новость точно попадет в интернет, на первые полосы таблоидов, и о ней будут говорить абсолютно все! Неужели он решится на такое?