– Да, это Скарлетт. Я вызвал ее сюда вчера вечером, чтобы попросить разрешения сделать тебе предложение. Отца твоего спрашивать бесполезно, да и ты ценишь ее мнение выше папашиного.
Мы вели этот разговор, по-прежнему стоя на коленях. Вестон помог мне подняться. Скарлетт и мистер Торн поздравили нас первыми, а потом к нам подходили и наперебой желали счастья все сотрудники отеля.
Я все еще недоверчиво поглядывала на Вестона:
– Как же ты столько успел? Неужели ты запомнил мою историю о том, как здесь в последний раз стояла наряженная елка?
– Запомнил, – подтвердил он. – Они ставили елку вот на этом самом месте и украшали непременно втроем. Грейс долго надеялась, что наши деды сменят гнев на милость и все они снова станут друзьями, но этого не случилось, поэтому она больше не наряжала елок. А я решился. Наши деды слишком упрямы, но Грейс Коупленд только порадуется, что Стерлинги и Локвуды наконец-то снова поладили.
– О, она будет счастлива там, где она сейчас.
Вестон сунул руку в карман пальто.
– Чуть не забыл. Гирлянды мы развесили, чтобы елка предстала во всей красе, но украшать ее мы с тобой будем вместе, как наши, гм, недалекие предки. За елкой уже стоят две дюжины ящиков с украшениями, но первый шар я попрошу повесить тебя.
– Да?
Он развернул газету, взял стеклянный шар и подал мне.
– Давным-давно Луис подарил это Грейс на Рождество, а вчера отыскал на складе. Если у меня и были сомнения, стоит ли делать тебе предложение у елки, они сразу пропали, едва я рассмотрел шарик получше.
Я взглянула на елочный шар ручной работы, какие делают и сегодня. Нарисованные серебром три человечка держались за руки – средний казался пониже остальных, а на обороте было изящно выведено:
«Стерлинг – Коупленд – Локвуд навсегда»
– Грейс Коупленд свела нас с тобой, Соф.
– Боже мой, ты прав!
Вестон легонько поцеловал меня в губы.
– Конечно, я прав. Я всегда прав.
Я повесила шар на еловую лапу и обняла Вестона за шею.