— Какого хрена мне делать это? Мы враги. Ты забыл? — осадил меня и снова разлил нам по порции горячительного.

— Забудешь тут, — перевел я взгляд на окно, за которым уже вспыхнула разноцветными огнями вечерняя Москва.

И снова потонул в своих бесперспективных мыслях. Где-то там есть она. Живет своей жизнью. И я вроде бы тоже должен жить своей, а не могу. Я задыхаюсь без своей белокурой девчонки. Скучаю. Люблю. Жалею, что все сам похерил.

А теперь вот должен ее отпустить, потому что оказался недостойным и ненужным ей.

— Вроде бы все норм, — спустя несколько минут отложил Данил от себя стопку с подписанными документами.

— Тогда я поеду, — тяжело выдохнул, но остался сидеть в своем кресле.

— Ага, давай, — кивнул Шахов и снова разлил виски по бокалам.

Через несколько минут на столе кроме выпивки появилась мясная нарезка, сыр и коробка конфет, которую Данил нашел у себя в столе. Спустя еще час пошла в расход и вторая бутылка. Надирались молча. Под конец вечера оба еле стояли на ногах.

— У…у тебя труба! — кивнул я на вибрирующий телефон.

— Ж-жена…

— Потеряла?

— Обнаглела! — криво улыбнулся Шах и отключил телефон.

На этой минорной ноте мы и разъехались по домам.

Вот только спустя неделю опять подсели на стакан, но уже в моем кабинете. Данил приехал по каким-то нашим общим делам, но вскоре подошел к моему бару и по-хозяйски начал там шурудить. Потом мы молча пили, распиливая друг друга въедливыми взглядами. Ровно до того времени, как Шахов наконец-то выдал базу.

— Завтра Соня улетает.

— Куда? — встрепенулся я, перепугавшись, что далеко и навсегда.

— На море с бабулей, дедом, отцом и матерью.

— Надолго?

— На свой День рождения и все майские праздники.

— А ты?