Пожелавшим остаться женщинам я приказал построиться во внутреннем дворе тюрьмы. Димон предложил выгнать старых и некрасивых, ведь пользы от них никакой. Я же решил оставить всех, даже пожилую цыганку. Мы нарушили отбывание их наказания, придётся взять ответственность за этих бедолаг. Тем более, что они женщины. Жалко их стало чисто по-человечески. В стране голод, нищета, бардак и преступность, зима, в конце концов. Тюрьма — рай по сравнению с тем, что происходило на воле.

Дашку я приметил сразу. Пока я объяснял правила поведения в нашей армии новобранцам, заверив дам, что насиловать их никто не собирается, но инициатива от них в виде благодарности солдатам приветствуется, чернявая девчонка так смотрела на меня, будто была готова завалить меня на месте. Я ещё не сделал ей ничего плохого, да и не собирался, потому счёл её поведение странным. На хуя она осталась, если смотрит волком? Северянка? Возможно, отравить нас хочет или что-то в этом роде. А может, болеет чем-то. СПИДом, например. Почему бы не поделиться им с сепарами?

Всем, кто остался с нами, грозит статья за побег. Впрочем, девочки могут сказать потом, что мы их силой удерживали. Я не против. Конец войны неблизко. У этих явно тюремные сроки больше года будут, раз досиживать не вариант.

— Девочки, кто понял мой посыл и готов подарить немного любви и ласки нашим доблестным воинам, шаг вперёд! — закончил я вербовку шлюх.

Женщины оказались понятливыми. На месте остались стоять только пожилые дамы, цыганка в том числе, и Дашка. Почему-то я обрадовался, что она не вышла из строя. То, что она не согласилась работать шлюхой, по большому счёту ничего не значило. Я пока не понимал, чем мне приглянулась девчонка. Симпатичная, фигуру под тюремной робой не разобрать, но видно, что не толстуха. Было что-то ещё, что я не видел глазами, но чувствовал сердцем. Что-то шевельнулось в нём на Дашку с первого взгляда.

Я приказал Малому увести девочек и охранять их до вечера. У нас грандиозный праздник намечался по поводу обретения самостоятельности от берлессов и нового дома. Своего собственного штаба, пусть и такого мрачного, зато надёжного. Так что у девочек на вечер дебют, так сказать.

— Как зовут? — обратился я к чернявой девчонке.