Тетерин бредет по воде за мной следом, трясясь, как желешка на холодце. Стоя по колено в воде, он смотрит на пляж и ахает.

— Где плед? Где… одежда моя? — прозрел, наконец!

— А нету! — развожу руками. — Ничего нету. Что, приятно?! — ухмыляюсь. — Ты, свинья хитрозадая, когда проблемы начались, свалил и меня не в лучшем положении оставил. Так что не надо мне заливать про любовь и проблемы с ментами. Знаю я твои проблемы. Как только по долгам рассчиталась, ты сразу же нарисовался. Люблю-трамвай куплю! Не на ту напал!

— Лена. Верни одежду!

— Не я ее брала. Как я могу вернуть то, что не брала.

— Но ты… Ты в этом участвуешь явно! Лена, я уважаемый человек. В возрасте. Вода ледяная. Дай одежду.

— Одеться тебе не во что, Михаил Сергеевич. Можешь в деревню пойти. Там тебя сейчас за героя считают, дадут труханы и штаны какие-нибудь, не пропадешь.

— Это не шутки!

— Конечно, не шутки. Хочешь получить назад свой телефон, одежду и документы?! Значит, выходи и распишись в бумагах на развод!

Я достаю из-под большого камня непромокаемую папку, заранее ее припрятала. Там документы на развод, которые Тетерин подготовил и передал мне. Для подруги.

Ох, моя лучшая подруга сейчас — это я сама! Дома я тщательно все графы нашими данными заполнила и даже подписала. Дело за малым — подпись Тетерина и можно в суд! Со всеми подписанными бумагами. Разведут в два счета. Хочу вернуть свою фамилию… Шатохина!

— Итак… Подпиши бумаги, получишь телефон и документы. Не подпишешь, пропадут ценные вещи! А что с тобой будет так вообще плевать!

— ТЫ! Ты все это придумала… Спланировала!

— И воплотила в жизнь. Ну так, что, Тетерин, дашь мне развод или рискнешь до деревни голозадым пробежаться?!

Проходит примерно минута молчания, прежде чем Тетерин рявкает мрачно.

— Дам развод.

— Прошу!..

Я делаю элегантный жест рукой, Тетерин выбредает из воды. Я швыряю ему небольшое полотенце, чтобы вытерся и не накапал водой на бумаги. Понимаю, что он с радостью бы этим полотенцем прикрылся, но, увы, оно слишком маленькое.

Тетерин просматривает бумаги и вдруг багровеет, метнув в мою сторону взгляд, полный недовольства.

— Сколько-сколько денег я хочу тебе подарить?! Охерела совсем!