Глазами договариваем. Клеймим друг друга обещаниями.

Наш путь не заканчивается, а только начинается. Будет ли легко или тяжело мы не можем знать, но одно будет всегда – мы не растеряем нас. Я всегда буду знать, что Демьян рядом, а он будет видеть мою улыбку. Будут плохие и хорошие воспоминания. Мы будем падать и подниматься, тонуть и выныривать. Будем сгорать и восставать из пепла. Мы всегда будем гореть вместе.

42 Справились

42 Справились

42 Справились

- Щекотно! - смахиваю руку со своей ягодицы.

Место лапищи Покровского занимают губы и зубы. Наглый «будильник» прихватывает кожу губами, зубами жалит, запечатывает укус языком. Нити тока витиеватым узором пронизывают тело. Поджав пальцы на ногах, пытаюсь перевернуться на спину. Демьян недовольно ворчит.

-Ш-ш-ш, я завтракаю.

Скольжение рук и моё нижнее белье отправляется на пол. Демьян продолжает задирать майку вверх и обжигать губами кожу. Обволакивающие поцелуи поднимаются по позвоночнику, горячая пульсация поджигает кожу.

Покровский кружит голову и не дает помниться. Вдавливает себя в меня сильнее и выбивает глухой стон из горла. Мощное тело двигается с поразительной легкостью, частое дыхание в ухо сводит с ума. Заставляет полностью отдаться во власть чувств. Извиваемся, воспламеняемся, доводя друг друга до точки безумия. В унисон дыхание прерывается, а тела замирают. Вместе окунаемся в наслаждение.

Демьян падает рядом со мной лицом к потолку. Хрипит дыханием и шелестит контрацептивом. Преодолевая истому, подкатываюсь к нему. Вдыхаю с кожи запах пота и мускуса. Губами пробую, продлевая головокружение.

- А нормально завтракать будешь? – спрашиваю, кусаю в области ребер.

- Нет, - глухо отсекает.

Нега исправляется, её место занимает нервная дрожь. Сегодня безумно важный день.

Мы встречаем отца Демьяна.

Не могу больше лежать. Подбираю одежду, одеваюсь, накидываю сверху, халат с лягушатами и иду на кухню. Открываю холодильник и закрываю. При мысли о еде живот спазмами сводит. Лучше в душ.

Не моюсь, просто стою под струями воды. Закрываю глаза и, словно полнометражный фильм, в памяти проносятся прошедшие полтора месяца. Хочется закричать во все горло: «мы справились».

Справились…

«Мы» - не только я и Демьян. С нами были люди, которых мы можем гордо назвать близкими, – Танька, Март, Рудаков, его родители и Михаил Альбертович- отец Марта.