Обмен никчемной девушки на бывшего Консильери будет воспринят некоторыми критически. Другие, кто дорожил своей семьей, судили бы обо мне более мягко. Но это уже не имело значения. Я уже принял решение. Я должен был спасти Серафину, ради нее и моей семьи.

Часть 7

Часть 7

Данте

Вэл испекла торт к одиннадцатому дню рождения Анны и устроила небольшой праздник, больше похожий на похороны.

Каждая улыбка была фальшивой, каждый смех вымученным.

Мы попробовали свои силы в притворном счастье. На вкус он был фальшивый, горький.

Анна задула свои одиннадцать свечей, крепко зажмурившись. Я знал, чего она хочет, даже без ее ведома. Она надеялась, что завтра все будет хорошо, что мы все вернемся вместе с Серафиной. Это было и мое самое большое желание. От исхода этого обмена зависело многое, и самое главное счастье моей семьи.

Сэмюэль смотрел куда-то вдаль, разрываясь между надеждой и беспокойством. Римо согласился на обмен завтра вечером. Данило, Пьетро и я уедем рано утром, чтобы отвезти Рокко в Лас-Вегас. Сантино и Артуро привезли его в Миннеаполис несколько часов назад.

Анна улыбнулась, распаковывая принадлежности для рисования, которые купила для нее Вэл. После этого мы все поедали торт, пытаясь поддерживать бессмысленный разговор, но преодолеть напряжение было невозможно.

Мне стало жаль Анну. Она всегда любила праздновать свой день рождения, но сегодня ее особенный день был испорчен последствиями моего выбора. Я пообещал себе, что этого больше никогда не повторится.

Мы все рано легли спать, но сон так и не пришел. Ни ко мне, ни к Вэл. Она прижалась ко мне в темноте, ее тело напряглось от беспокойства.

— Я так боюсь, что это ловушка. Ехать в Вегас это безумие, ты же знаешь. Римо может спланировать убить вас всех.

— Он мог бы, но я сомневаюсь в этом. Он убьет нас позже, когда мы немного пострадаем.

— Пострадаем?

— Под тяжестью нашей вины.

— Ты чувствуешь себя виноватым?

— Да. А увидев Серафину, мы все вспомним, как подвели ее. Пьетро, Сэмюэль, Данило и особенно я.