Васька взял из его рук полиэтиленовую полоску и обвязал себе вокруг бедер:

- Знаешь, Светлый, я пока такси на остановке ждал, объявление видел: «Принимаем лом титана. Дорого».

- Или так, - невозмутимо согласился Аллигатор, сооружая себе набедренную повязку. – В масштабах вечности большой разницы нет.

- Ой, мамочки… - выдохнула Галина и прижалась губами к сильному Васькиному плечу, с наслаждением ловя яркий, чувственный ответ.

Васька под болотным соусом все равно оставался Васькой: родным, любимым и желанным до дрожи в коленях.

Перед глазами возникла красочная картина, четкая, будто наяву.

Двое. Светлый и темный, с удивительно красивыми тренированными телами, в мягкой рассветной дымке … сильные, смелые, неудержимые.

Крики, нецензурная брань, звуки ударов. Стук сердца - горячий, бешенный, отчего-то прямо в горле. Соленый пот, застилающий глаза. Боль. Привкус крови на губах.

И над всем – аромат чайной розы. Нежный такой. Тонкий.

Галина вдруг почувствовала, как ладони сжались в кулаки, и дыхание стало частым-частым. Конечно, причина была в Ваське. В том, что он рядом. Но не только.

Пространственное мышление – вещь коварная. Или просто за любимого человека всегда волнуешься, словно за себя? А, может, и сильнее?

- Вы победили, да? – больше утверждая, чем спрашивая, уточнила Галина.