После возвращения из лесной избушки я несколько дней дергалась, боялась, что Медведь наломает дров с Александром.

Я не смогла уговорить его просто выбросить ту ситуацию из головы. Он говорит, что не может забыть, как у меня дрожали губы и слезы стояли в глазах, когда я об этом рассказывала.

Да, тот мудак нанес мне серьезную психологическую травму. И я его долго ненавидела. И просыпалась в ужасе, вспоминая его холодные липкие руки. Но сейчас я, как никогда готова забыть прошлое. С Михеем.

И я была очень рада, когда Медведь сказал, что не нашел Александра. Выдохнула с облегчением.

Так. Время поджимает, а у меня еще ресницы не накрашены. Открываю тушь, вожу кисточкой по ресницам. М-м-м… Как она интересно пахнет! Не замечала раньше. Приятный запах. Стою, зависла, держа кисточку у носа. Чуть не ушла с одним накрашенным глазом…

* * *

Михей должен был заехать за мной еще пятнадцать минут назад. Он никогда не опаздывает! Куда же он подевался?

Я гипнотизирую телефон, слоняюсь по квартире, то и дело подходя к окну, из которого видно двор. Наконец, набираю его номер. Длинные гудки. Не отвечает… Очень странно.

Сначала я чувствую удивление. Потом раздражение. Через полчаса меня накрывает самая настоящая тревога.

Медведь не мог просто так взять и исчезнуть! Если бы у него возникли какие-то срочные дела, он бы обязательно позвонил. А если бы он внезапно решил бросить меня, сбежать, уехать на край света с другой… Боже, какая чушь лезет в голову! Это абсолютно невозможно. Михей любит меня. И точка.

Помучившись еще минут пять, я звоню Яне.

— Привет, мне нужен Варлам.

— Что случилось?

— Надеюсь, ничего, но… Михей куда-то пропал.

Яна передает трубку своему мужу. Тот задает четкие конкретные вопросы.

— На сколько опаздывает? На сорок минут? И трубку не берет? Понял.

— Я просто не знаю никого с его работы. Может, там что-то случилось. Или еще где-то…

— Я все выясню. Не кипешуй. Просто жди.

* * *

Легко сказать: просто жди. Это были самые долгие полчаса в моей жизни! Вернее, не полчаса. Ровно двадцать шесть минут. Каждая из которых длилась вечность.