Рафаэль догадался. Другой причины останавливать свадьбу, которую планировали годами, не было.

Рафаэль Наварро ненавидел сцены и скандалы, а она просто толкнула его на это.

«Чего ты ожидала? Что ты сможешь скрыть это от него?»

Да, именно этого она и ожидала. Как глупо.

Она почувствовала его, когда он приблизился. Скоро он ее увидит. Скоро он все узнает.

Единственной надеждой было молиться: вдруг она ошиблась, что у него есть другая причина, чтобы остановить свадьбу наследника престола на глазах всего народа.

Причина, которая не имеет к ней никакого отношения.

«Продолжай себя успокаивать…»

Лия терзала себя, крепко сжав букет и вскинув подбородок. По крайней мере, фата хоть как-то ее защищала.

Рафаэль встал перед ней, загораживая алтарь и Матиаса, теперь все, что она могла видеть, — его широкую грудь.

Она сглотнула и попыталась не дрожать.

Лия и забыла, какой он высокий, широкоплечий… крепкий. Он будто был сделан из гранита и стали. Рафаэль мог выдержать любые удары, любые катастрофы. Лия была еще подростком, когда он стал регентом, и все были в ужасе от него.

В прошлом Рафаэль был генеральным директором многомиллиардной компании, но никогда не казался строгим и пафосным. Он выглядел как генерал, полководец. Лидер армии. Мрачный, пугающий и опасный, на его фоне дворцовая стража была похожа на детей, играющих в солдатиков.

«Но он не такой!»

Это говорило ее глупое сердце. Сердце, которое каким-то образом было больше привязано к брату мужчины, за которого она должна была выйти замуж. Сердце, не имевшее ничего общего с милой, прилежной дочерью Джиана и Виолетты Де Вита, которую образцово воспитали, чтобы она стала идеальной королевой. Сердце, которое было страстным, мятежным…

И глупым.

Лия смотрела на грудь Рафаэля, серо-голубой костюм обтягивал его статную фигуру.

Она не хотела поднимать глаза, но, если она этого не сделает, значит, у нее есть что скрывать, и он об этом узнает. Хотя он уже знает ее страстную, опасную сторону, так что ей терять?

«Ты — трусиха».

Да, она была такой. Но, видимо, не сегодня.