— Он направил пистолет на невинных людей в общественном месте, — вздохнула Ловетт.

«Он пытался защитить меня». Я подчеркнула эти слова три раза и подтолкнула блокнот к ней.

— Как бы то ни было… — начала она, но кто-то постучал в дверь.

— Мэм, у нас проблема. Ромеро здесь. — Из-за двери доносился тот же мужской голос, что и раньше, но его тон был нервным.

Я поднялась на ноги в ту же секунду, когда встала Ловетт. Мои губы подергивались от желания заговорить, потому что я поняла, что она собирается оставить меня здесь. Мне нужно было добраться до Фрэнки, Рокко и Энцо. Они бы помогли. Они все исправят. Но она не собиралась просто позволить мне уйти отсюда ради них.

— Отведите меня к моему мужу, — выдавила я, зная, что это мой единственный шанс увидеть их. Помочь Николи.

Ловетт взяла кольцо и телефон со стола, кивнула и направилась к двери. Я последовала за ней, мое сердце бешено колотилось, пока она вела меня по длинному коридору, а затем через бронированную дверь.

Мой взгляд остановился на трех братьях Ромеро, которые склонились над стойкой регистрации и запугивали сидящего там человека, требуя встречи со своим братом. Они загораживали мне вид на комнату ожидания, где, как я подозревала, ждал мой так называемый муж, но мне было все равно. Я налетела на них, сердце подскочило к горлу, когда Фрэнки поймал меня в свои объятия, обнял и поцеловал в макушку. — Все в порядке, bella. Мы выйдем отсюда с ним через две минуты. Разве не так, офицер Джордж? — сурово обратился он к парню за стойкой.

— Вы не можете входить сюда и приказывать моим офицерам, — отрезал Ловетт. — И вы сейчас же отпустите эту девушку. Она находится под нашей защитой.

— Нет, она под нашей защитой, — прорычал Энцо, когда они с Рокко придвинулись плечом к плечу с Фрэнки, который крепко прижимал меня к себе.

— Приведите сюда Николи сию секунду, или я закрою весь этот гребаный участок, — прорычал Рокко.

— У вас нет полномочий… — начала было Ловетт, но тут дверь открылась, и в нее вошел высокий мужчина с капитанским значком на груди, направляя Николи за собой.

— Никакого ущерба, а, друзья? — буркнул он, похлопал Николи по спине и выразительно посмотрел на Ловетт, приказывая ей отступить. Мое сердце сжалось, когда капитан отпустил его. На его запястьях не было наручников, он был свободен. Они отпускали его.

Я вырвалась из хватки Фрэнки и со вздохом отчаяния бросилась к Николи, а он подхватил меня на руки, поднял с пола и крепко прижал к своей груди. Его сердце колотилось об меня, и я закрыла глаза, утопая в ощущении его рук вокруг меня.