Она вскинула взгляд и на чистом и расслабленном мужском лице вдруг заплясали желваки.

– Твой друг опаздывает? – совершенно серьёзно уточнил Новак, не желая и дальше испытывать собственное терпение, но Мира не выглядела заинтересованной в чьём-то ещё присутствии.

– Не знаю, – пожала она плечами. По виду, так совершенно безразлично.

– Не хочешь позвонить ему?

– Нет, – раскованно улыбнулась Мира и чуть откинулась на спинку стула, демонстрируя себя и свою решимость.

Рома из всего предложенного захотел оценить лишь платье. Собственно, это он и озвучил.

– Выглядишь зачётно. Для кого наряжалась?

– Для себя! – азартно сверкнули её глаза. – Для себя, Ром, больше ведь не для кого… – намеренно повторилась Мира и стиснула зубы, понимая, что своего не упустит. Не сегодня, не сейчас. Да и вообще никогда!

Она сделала внушительный глоток предложенного вина и торопливо обвела губы языком, порывисто двинулась вперёд.

– А давай уговор, Ром? – увлечённая идеей, предложила она.

Новак бросил заинтересованный взгляд исподлобья и ободряюще кивнул. Мире хотелось рассмеяться тому, как мужчина сбрасывает с себя любую ответственность, но она лишь с энтузиазмом облизнулась.

– Если Вадим не появится в течение пяти минут, ты хватаешь меня в охапку и везёшь в лучшую гостиницу города! Без отрезвляющих слов! Без возможности повернуть назад!

– Пять минут как-то мелочно и будто бы нечестно. Десять! – выставил он своё условие. Не менее азартно. Не менее пылко. И явно окунувшись в ту же горячку.

Мира пожала плечиками и игриво повела глазами.

– Время пошло, – воодушевлённо прошептала она.

Глава 24

Глава 24

Вадим появился через три, и Мира впервые пожалела, что не умеет стрелять. Именно сейчас она бы с удовольствием сделала несколько точных попаданий. А ещё её пожирало сомнение: по лицу Новака не было понятно, что испытывает в эти минуты он: горечь, досаду, сожаление или всё-таки облегчение. И понять этого он ей не позволил, отгородившись маской безразличия.

Вадим прибыл в компании матери. Они с Мирой были друг другу представлены на какой-то невероятно модной выставке. Мира назвала мероприятие «Выставка целлофановых пакетов», автор же выбрал что-то куда более воодушевлённое и представил инсталляцию как «Спасение жизни». Помнится, мать Вадима оказалась в восторге от необычности идеи и всячески поддерживала творца. Мира предпочла уйти с выставки, так и не пообщавшись с гением, не приобщившись к прекрасному. Сегодня женщина была в вызывающе красном костюме и улыбалась подруге сына, точно акула.