— Ты чувствуешь себя хуже?

Он просто смотрел на меня, и его взгляд ничего не выражал. Эйдан не отвечал, но я поняла все и без слов. Он прекрасно чувствовал, что с ним происходит.

— Дерьмо. — выругалась я. Развернувшись, я вышла из комнаты, а Помпей последовал за мной. В коридоре я зарылась пальцами в волосы, пытаясь унять головокружение. Это была паника, нахлынувшая темной, огромной волной. Отчаяние. Эйдан умрет. Я потеряю его. Увижу последний вздох. Я не знаю, что делать! Как помочь?! Никто ничего не знает об этих метках!

— Почему ты не говорил, что тебе хуже? — мой голос дрогнул. Глаза заволокло пеленой.

— Я хочу провести последние дни, глядя не на то, как ты плачешь, а на твое обычное лицо. У меня есть еще немного времени.

— С чего ты взял? Сегодня начнется исполнение вашего с Нордом плана. Вскоре ты уедешь и мы можем больше… не увидеться. Неужели тебя это не беспокоит?! Черт, если бы я не узнала, я бы…

Я почувствовала, как альфа притянул меня к себе, погладив по волосам. Я уткнулась лицом ему в грудь.

— Я совру, если скажу, что не сожалею ни о чем, Лиса. И что лучше будет уйти так, чем умирать на твоих глазах. — услышала я его голос. — Я искренне жалею, что у нас не было больше времени. Я жалею, что делал с тобой последние годы. Жалею, что не посмотрел страху в лицо и не выяснил природу своих чувств к тебе. У меня останутся тысячи сожалений, когда я уйду, и еще — последним я хотел бы видеть именно твое лицо, а не что-то другое. — он отстранил меня, заглянув в лицо. — Но я не хочу, чтобы ты разделила со мной боль.

Его ладонь скользнула мне на лицо, погладив большим пальцем. Я почувствовала, как что-то мокрое стекает из уголков глаз.

— Я искренне люблю тебя. Даже если мои чувства были когда-то неправильными, они принадлежали лишь тебе. Я хочу, чтобы ты это знала и запомнила именно это.

— Эйдан, почему… — не выдержав, я заплакала. От бессилия, или отчаяния, или же боли в сердце, которые приносили его слова. Он словно прощался со мной.

Он снова обнял, прижав к себе. Его пальцы скользнули мне в волосы, ложась на затылок. Я вдыхала его запах и слушала биение сердца в груди, сжав его рубашку в кулаках, словно это могло бы остановить его смерть. Будто бы я могла не отпускать его.

— Если ты хочешь что-то сказать мне — говори сейчас, Лиса.

— Что? — вырвалось у меня. — Эйдан, что ты задумал? У нас есть еще время, и я не собираюсь так просто отпускать тебя умирать. Я…

— Если не хочешь сожалеть, тебе лучше поторопиться.

— Ты… — вырвалось у меня, и мое сердце забилось так, словно хотелось вырваться из груди. — Эйдан, я убью тебя, если ты посмеешь умереть. Что бы ты там не задумал. Я не буду говорить последние слова, потому что я сделаю все, чтобы ты жил. Черт побери, я лично найду Цезаря и оторву ему яйца, пока он не заговорит и не скажет, что за дерьмо тебе вколол и как это исправить.