– Я люблю тебя… Люблю… Люблю… – признания и поцелуи не прекращаются.

Член остается неподвижен. Яростная пульсация похоти – все, что я ему запретить не могу.

Ощущаю Соню так остро. Всю ее. Но внутри особенно. Ее уникальный жар, ее исключительную нежность, ее вязкую влагу… Все так явно и так ярко. Сражен этими ощущениями. Не ожидал, что бывает настолько охуенно. И дело не в отсутствии резины, уверен. Соня среди всех женщин особенная. Блядь, да, конечно, особенная. Она моя. Нашел свою половину. Наверное, об этом пишут все те книги, которые так любит читать моя мармеладная.

И я, зная практику на отлично, дико боюсь с ней облажаться. Запоздало мелькает мысль, что должен был подготовиться лучше. Решил, что достаточно сделать упор на прелюдию. А дальше типа влегкую… Какой же дебил! Теперь страх топит, что Соню как раз разочарую.

С хрипом тяну кислород. Натужно перерабатываю. Со свистом выталкиваю остатки.

– Расслабься, малыш… Расслабься… Дыши, маленькая… Сейчас все пройдет… Все пройдет, Солнышко… – убеждаю ее, хотя даже в этом не уверен.

Внутри все пылает. Не могу не дрожать. К губам скатываются соленые капли. И я ловлю себя на том, что пытаюсь понять: пот это или блядские слезы.

Антигерой в лютом ахуе.

Соня же так зажимается, с такой силой стискивает мой член, что я совершенно точно не смогу в ней двигаться. Она выкручивает мою вибрирующую дубину до онемения.

И… После очередного тяжелого вздоха делаю то, что не планировал – сцепив зубы, вытаскиваю из Сони свой критически распухший прибор.

– Куда ты? – тянется за мной.

– Посмотрю, идет ли у тебя кровь.

– Идет… Я чувствую… – пищит и краснеет.

– Блядь… – хриплю я в ответ.

И все-таки опускаюсь вниз между ее раздвинутых и отчетливо дрожащих ног.

– Блядь… – повторяю, когда убеждаюсь воочию.

На лепестках Сониной восхитительной орхидеи поблескивает кровь. И ее немало. Она есть на ее ягодицах и на простыне. Стираю, что могу, пальцами. А потом… Ощущаю странное желание. Не пытаюсь его обдумать, просто наклоняюсь и касаюсь влажных складок языком.

– Саша… – дробно стонет Соня. И охает в конце: – А-а-х…

Вскидываю голову, чтобы понять, что она чувствует. Ненадолго встречаемся взглядами.

– Больно?