– Нет… Просто… Там же кровь…

– Да. И она моя.

– Саша… – так тихо шепчет, по большей части догадываюсь, что это мое имя.

– Расслабься, Соня, – прошу в который раз.

И больше она не возражает.

Откидываясь на кровати, ведет себя так же раскрепощенно, как до всех этих мучительных попыток лишить ее девственности. Не боится, не зажимается и довольно быстро забывает про стыд.

Раньше считал себя брезгливым. Но Сонина кровь меня реально не смущает. Воспринимаю это как наш эксклюзивный сокровенный ритуал.

Она моя… Моя… Моя.

Целую жадно. Зверею от похоти. Дурею от любви.

Моя… Моя… Моя… Такая же вкусная, как обычно. Даже лучше. Сегодня особенная. Распухшая, воспаленная, уязвимая и моя, моя, моя... Неторопливо слизываю все, пока на нежных лепестках не выступает новая порция возбуждения. Тогда подтягиваю вязкую жидкость вверх и надавливаю языком на ее совершенный бутон. Массирую и посасываю его с той же расчетливой чувствительной медлительностью, пока Соня не кончает.

Взрываясь, она сгребает пальцами мои волосы. Прижимает к себе и одновременно толкается навстречу бедрами. Я проскальзываю языком во влагалище и проживаю каждый спазм ее плоти. Чувствую, как секрета ее похоти становится больше. Слышу, как с ее верхних губ срывает долгий сладострастный стон освобождения.

Отрываюсь, когда Соня затихает. Пользуясь ее полностью размазанным состоянием, поднимаюсь, чтобы накрыть подрагивающее тело своим. Правда, она тотчас выходит из своего оргазмического анабиоза. Пугается и смещается к другому краю кровати. Со вздохом ловлю и снова прижимаю к матрасу.

Встречаемся взглядами, и что-то в очередной раз меняется.

– Не бойся, – прошу я. – Сейчас будет лучше.

А что, если нет? Откуда я могу знать? Что, если именно теперь ее рана воспалится и начнет еще сильнее болеть?

– Да… Давай… Хочу… – шепчет Соня в ответ.

Подгребаю ее под плечи, чтобы не висела голой с кровати вниз. Крепко-накрепко к себе приклеиваю и впиваюсь в рот. Снова долго целую, пока не раскрывает сама бедра и не начинает со стоном тереться о мой член.

Я, блядь… Не знаю, каким ебаным чудом я это выдерживаю. В один момент мне уже кажется, что сперма из меня без моего на то позволения сочится. Что-то точно выделяется. Предэякулят, наверное. Хотя обычно я им вхолостую не разбрызгиваю.

– Готова? Пустишь меня? – хриплю, едва ли не умоляя.

Господи… Да, конечно, умоляю. Я ее столько раз об этом спросил.