– Это просто безумие какое-то, – оторвавшись от его губ, сбивчиво прошептала. И тут же застонала, почувствовав, как Амир насадил меня на себя.

– Ты либо сведешь меня с ума, либо мы уничтожим друг друга, – его губы обхватили мой сосок, втягивая и прикусывая. – Царева, я серьезно, – переключился на другую грудь, повторяя свои движения. – Двигайся, девочка, – задвигав бедрами, ощутила, как волна наслаждения прострелила через все тело. Пошлые шлепки разгоряченных тел и хриплые стоны нарушали тишину. – Быстрее, – нетерпеливо рыкнул Амир, оставляя легкие укусы на сгибе моей шеи.

– Кто сверху, тот и командует, – словно в бреду, нашла его глаза. Дьявольская ухмылка тронула его губы, и Амир зафиксировал мое тело руками, не позволяя сдвинуться с места.

– Серьезно? – кончиком языка провел по моей нижней губе и, прикусив ее, оттянул на себя. – Я твой господин, госпожа Царева. Смирись с этим, Василиса. Смирись с этим, Банши.

– Они обе протестуют, Сеитов. Если ты и мой господин, то только в своих мечтах, – улыбнулась и сжала его изнутри. Мужчина глухо выругался. Придвинулась к нему ближе, касаясь кончиком носа его. – Сведи меня с ума, господин Амир. Я не нуждаюсь в смирении. И ты в нем не нуждаешься. Я буду дразнить тебя столько времени, сколько буду дышать. Утопи меня в своем безумии.

Кто был более безумен – сказать было сложно. В то мгновение мы утонули в друг друге. Оргазм накрыл нас обоих неожиданно, срывая с губ протяжные стоны. Сердце готово было вырваться из грудной клетки, дрожь никак не хотела уходить с обнаженной поверхности кожи. Он сжал меня в объятиях, откинувшись на сидение, и зарылся носом в волосы. Положив голову ему на плечо, прикрыла глаза.

– Я люблю тебя, Василиса, – слова сорвались с его губ просто и легко. – Не знаю, что ты чувствуешь по отношению ко мне, и не призываю ответить мне тут же. Просто хочу, чтобы ты знала – ты попала, Царева. По самое не балуй.

– Не думала, что такой, как ты, способен на любовь. Такие как мы, – его слова сбили с толку. Я понимала, что он что-то чувствует ко мне, но это могло быть все что угодно. Любовь? Это выходило за рамки моего восприятия наших отношений.

– А какие мы, Василиса? – с вызовом спросил. – Даже чудовища способны на любовь. И ты полюбишь. Это лишь вопрос времени.

– Вот так просто решил за меня? – я немного отстранилась от него, взглядом найдя его глаза. – А если полюблю не тебя?

– Ты не отрицаешь того факта, что способна полюбить, – его лицо немного смягчилось.

– Не отрицаю лишь потому, что мне неведомо это чувство. Почему ты любишь меня?