– Проходи, давай, – улыбается мне подруга и отходит немного от двери, чтобы я вошла в квартиру.

Зайдя, снимаю верхнюю одежду и пытаюсь не смотреть Юле в глаза.

– Лееер.

– Что?

Я делаю вид, что занята просмотром картины, не поворачивая головы.

– Посмотри на меня.

Подруга подходит ко мне и поворачивает мое лицо к себе, тем самым вынуждая смотреть ей прямо в глаза.

– Что происходит?

– Я не знаю, Юль. Паша улетел, и мне плохо от этого. С Антоном, у нас все как-то странно. С Я…, – мне удается вовремя зактнуться, не успев произнести его имя. – Юль, я ничего не понимаю. Я совсем не понимаю почему, но мне страшно. Я боюсь, не зная чего. На душе какая-то тревога.

– Господи, Лера, – подруга подходит ко мне и обнимает. Крепко. Но я почему-то не чувствую той защищенности и того спокойствия, как в объятиях Тоши или Паши.

– Что с тобой происходит?

В ответ лишь пожимаю плечами. Я сама не знаю, что со мной творится.

Минуты три, мы так просто стоим, обнявшись, пока я плачу у Юли на плече.

– Лерка, все будет хорошо.

Снова. Снова я слышу эту фразу. Все вокруг пытаются меня убедить, что все будет хорошо, но, ни черта все не хорошо.

Я отступаю от подруги.

– Давай не будем. Пожалуйста. Я не хочу говорить ни о чем.

Юля кивает в знак согласия. Она понимает меня. Какие бы у нас не были разногласия, она понимает, что я чувствую.

Не сказав ни единого слова, иду к подруге в комнату. Юля, молча, следует за мной.

– Включай пока телевизор, я пойду за мороженым.