Я открыл заметки на телефоне, скопировал всё, а затем вставил в текстовое сообщение и нажал «отправить». Откинувшись на сиденье, я на пару секунд расслабился, прежде чем снова приступить к разглядыванию парковки.

— Беседа закончена? — спросила Наоми.

— Она попросила отправить ей то, что я писал ей на работе. У неё уйдёт много времени, чтобы всё прочесть.

— Вы отвратительны, — пошутила Наоми.

— Не делай вид, что ты не знала этого раньше, — отшутился я в ответ, глядя на часы. Вэл была в часовом поясе, отстающем от нас на час, так что я смогу позвонить ей не раньше, чем заберу Дарби с работы.

— А что насчёт тебя? — спросил я. — Что насчёт сенатора у тебя в гостях?

— Это всего лишь ужин. Он не мог уехать домой. Никто не должен праздновать День благодарения в одиночестве. Его стараниями мы получили отгул на выходные.

— Держу пари, он надеялся, что сможет провести их с тобой.

— Он и вправду интересовался, можно ли ему заехать ко мне завтра, — рассмеялась Наоми.

— Беннет не так уж плох, Наоми, — пожал я плечами.

— Он не Мэтт, — её улыбка померкла.

— Второго Мэтта тебе не найти. Но это не значит, что ты не можешь быть счастлива с кем-то другим.

— Боже, ты прямо как моя сестра. Я в порядке. Мне никто другой не нужен. Я встретила любовь своей жизни. Он погиб. Если я не могу быть с ним, то другого мне не надо. Быть с кем-то другим вовсе не обязательно, знаешь ли. Я не одна. У меня есть ты, ребята и Уолтер, — сказала она, похлопывая себя по сапогу. — Учитывая все обстоятельства, я счастлива, насколько это возможно.

— Ладно, ладно, я просто так сказал.

— Не надо, — она предостерегающе посмотрела на меня.

— Вас понял, — ответил я, снова проверяя часы. — А как насчёт Зика и Уоттса? Они что у тебя делали?

— Спасались от одиночества, — огрызнулась она.

— Я просто спросил.

— Раз уж дело дошло до неудобных вопросов, ты уже успел всё рассказать Дарби?