– Он самый.

– Он нам не соперник! Действуем по накатанной схеме.

– А если…

– Не мне тебя учить… – хозяйка хищно улыбнулась. – Отработанный материал жалеть не стоит. Эти мямли мне – никто.

Берковский понимающе кивнул и удалился. Любаша вставила диск в компьютер. На экране появилось холеное лицо Сати, рекламирующей модную косметику.

– Прости, детка, но в бизнесе каждый сам за себя, – усмехнулась дама и закурила. – Ты хороша собой, и тебе еще не раз подарят бутики и брюлики. Надеюсь, подобный урок пойдет тебе на пользу. По крайней мере, меня он когда-то многому научил!

Григорий и Леся, забрав всех внуков, перебрались на лето в родное село. Земля всегда давала силы. Молодежь отъедалась клубникой, купалась и загорала. Старики копались по хозяйству – за прошедший со смерти Анны год дому потребовался уход. Выслушав предложение Артема отдохнуть у моря, дед отмахнулся:

– Тема, на кой нам с бабкой ваш курорт и море? Вон огород совсем зарос, крыша в доме прохудилась – нам бы со всем этим управиться.

– Не обижайся, внучок. Не пропадут путевки, – поддержала мужа Леся. – Заместо нас возьмите Ленку с Ванькиной супружницей. И нам спокойнее, и ваша стая будет под приглядом. Все одно деньги уплочены, взад ведь не вернешь.

На том и сошлись. После отъезда невесток с внуками Леся, казалось бы, без видимых причин стала беспокоиться. Сердце щемило. Она потеряла сон и покой. Проснувшись как-то ночью вся в слезах, стала вдруг спешно собираться. Григорий сонно подхватился и сел рядом.

– Мать, что стряслось. Куда тебя несет?

– Людке плохо, Гриша. Чует мое сердце, беда у нее стряслась. Ой, большая.

– Ну, как и чем ты ей в Москве поможешь? Ты вон в селе не знаешь, что да как.

– Не знаю, Гриша мой родимый, но чую – надо поспешать.

– Прямо сейчас?

– Сию минуту. Заводи машину.

– Так поезд только вечером. Успеем.

– Поеду до Ростова. Там много ходит поездов!

– Ты, верно, спятила. Опомнись. Давай сначала позвоним.