Я видела его таким триллион раз.

Распластанным на кровати и спящим мертвым сном. Лежа на животе, обнимает руками подушку, тяжелая голова тонет в ней, край одеяла скрывает голый зад, но не срывает две ямочки у основания окруженного мышцами позвоночника. Несмотря на то что кровать у него огромная, Чернышов в ней занимает две трети.

Его маленькая копия спит точно так же. Наверняка ему и самому это уже известно, как и то, что Миша левша. В последний год они проводили вместе достаточно времени, чтобы мне не пришлось объяснять сыну какие-то вещи из физиологии мальчиков.

Глядя на Чернышова, открываю створку первого попавшегося шкафа, пытаясь найти для себя какую-нибудь одежду.

В его шкафу порядок.

Большую часть жизни у него было не так много одежды, чтобы он мог позволить себе содержать ее в бардаке. Его аккуратность – необходимость и привычка, которую, по всей видимости, не искоренить.

Пальцы напряжены желанием дотронуться до темных растрепанных волос и небритой щеки, но я не хочу его будить.

Беру верхнюю футболку из стопки и натягиваю на себя.

Несмотря на то, что здесь нет ничего моего, я чувствую будничность происходящего, и она не обманчивая. Она реальная. Это не то, к чему мне нужно привыкать – видеть его таким или выбираться из нагретой нами постели. Все это естественно, как, твою мать, дышать.

Порывшись в бельевом ящике, нахожу белые спортивные носки и надеваю их тоже.

Выйдя за дверь, вижу свой телефон на диване.

Я не жду на нем сюрпризов в девять утра. Есть сообщение от моего ученика, который хочет перенести занятие во вторник. Отвечаю, что мне нужно посмотреть график на следующую неделю.

В своей сумке нахожу резинку и собираю волосы в хвост.

В стекла бьет утреннее солнце, подсвечивая гостиную и кухню. В этой квартире огромные окна и много пространства. Она шикарная и… мужская…

В холодильнике шаром покати, но я наскребаю всего понемногу, чтобы приготовить омлет.

Мне никогда не было так чертовски сложно разрисовать свое будущее, как сейчас. Мне просто не хочется ни о чем думать. Ни о будущем, ни о прошлом. О прошлом мне не хочется думать в десять раз сильнее, чем о будущем.

Может быть, я вообще слишком много думала в своей жизни?

Может быть, мне просто побыть безмозглой какое-то время?

Мешая в чашке омлет, выливаю его на сковородку.

Найти посуду несложно. Здесь все на своих местах, наверное, потому что на этой кухне мало чем когда-нибудь пользовались.