Олли складывает перед грудью руки и смотрит вверх:

– Боже, он мне нравится еще больше. Слушай, я согласна даже на его женатых друзей. И потом… в случае чего – можно же и развестись… В случае чего…

– А если его бывшая вернется? – спрашивает Эрика.

Ники пытается и ее тоже прихлопнуть полотенцем.

– Да что вы все мне гадости говорите? Сглазить хотите? Несчастье накликать?

– Да что ты!

– С ума сошла?

– Слушай, Олли, если хочешь мне помочь, ты должна еще сделать логотип.

– В смысле?

– Заголовок к твоим рисункам. Мне только что пришла в голову идея. А ты пока подумай о цвете и шрифте.

– Цвет, шрифт… послушайте-ка ее. Я кое-что про рекламу знаю. Это кучу денег стоит.

– И что?

– А то, что ты меня используешь в своих интересах!

Ники садится на скамейку.

– Ну так что ты хочешь, говори.

– Ужин с ним и с его другом.

– О’кей, о’кей, только все твои дела устраивай сама. Я не хочу иметь к этому никакого отношения!

Тут входит тренер.

– Молодцы, девчонки. Все молодцы. Молодец, Дилетта, умница, Ники, хотя и опоздала. – Он подходит к резервным игрокам. – Так. Слушай, я поговорил с врачом, тебе надо еще «Лазонил» повтирать, разогреться, прежде чем снова играть.

Эрика смотрит на него: