– Нам надо отложить свадьбу, – еле слышно произнесла Софи.

– Хорошо, все, что скажешь, – держа за руку Софи, ответил Крис.

Жак взял на себя организацию похорон своей бывшей жены. Её похоронили тихо, кроме семьи и друзей, от которых она отказалась, никого не было. Небо над Парижем было серым, тугим, что солнце не могло пробиться, срывался дождь.

– Соболезную, Жак, – произнес Кристиан.

– Знаешь, если бы я не наговорил ей тогда всего, может, все иначе было?!

– Не говори глупостей, не первая ведь это её попытка проститься с этим миром. Это Филипп?

– Да, он.

Филипп выразил соболезнования семье Эллен, Жаку, и направился к Софи. Кристиан не собирался идти в их сторону. Филипп обнял Софи, пребывавшую в истерике, пытаясь её успокоить.

– Знаешь, Кристиан, смотри, как бы он не увез ей с собой!

– Может, ты перестанешь это делать, Аннетта?

– Нет, не перестану, до тех пор, пока ты не увидишь, какая она лицемерка.

– Я не хочу с тобой разговаривать на эту тему.

Кристиан смотрел на ту немую сцену утешения плачущей девушки, и ревность приступила к взращиванию семени недоверия в его душе, губительного самоуничтожения, которое поглощает тебя, разрушает, как коллапсирующая звезда на стадии коллапса, от которой не останется и следа.

–Софи, нам пора!

– Кристиан, что с тобой?

– Ничего, я сказал, что нам пора, собирайся! – взял под руку Софи.

– Перестань меня тянуть, почему мы должны уйти сейчас?

– Хочешь, можешь и дальше оставаться, Филипп тебе составит компанию.

Кристиан направился к машине, за ним следом пошла Аннетта, она ускорила шаг, который стал подобен рыси.