Она была, как солнышко – светлое, немного взбалмошное, улыбчивое, сияющее солнышко. Носила длинные темные кудри, но на ощупь они казались очень нежными, мягкими.

Несмотря на прошедшие годы, Костя ее помнил. Не то чтобы тосковал, чтобы любил, но да, иногда вспоминал, как ту самую женщину, которая могла его «подсадить на иглу», поставить на колени.

По правде говоря, он трус. И расстался с ней очень некрасиво. Поменял сим-карту и больше в ее жизни не появлялся. Намеренно не давал себе думать, вспоминать о ней. И все эти годы она была видением, что иногда снилось ему по ночам, и далеко не всегда эти сны были целомудренными.

Единственная женщина, что так будоражила ему кровь. Рядом с ней он забывал обо всем, о защите в первую очередь. И только сейчас его прошибло холодным потом от понимания реальности того, что он натворил по глупости и эгоизму.

Чего сам себя лишил.

На корпоративный адрес его почты пришло странное письмо от пользователя «Umka». Странный ник, с намеком такой. А содержание еще хуже. Фотография и одно предложение: «Твоего сына зовут Илья».

Ну и сама фотография.

Не узнать Маришку нельзя, даже через столько лет. Да, она изменилась, из кокетки превратилась в очень элегантную, красивую, даже утонченную женщину. Ей необычайно шла короткая стрижка каре, темная помада и деловой костюм.

Женщина присела на колени перед мальчиком, которому поправляла галстук-бабочку. Она улыбалась, голубые глаза с серым отливом светились весельем и любовью. Смотрела на мальчика снизу вверх, и радостно что-то говорила, улыбаясь.

Правда, язык не поворачивается назвать этого серьезно нахмурившего брови парня, мальчиком, скорей это такой маленький мужичок, которому не по душе, что мама поправляет ему бабочку и хочет отправить обратно на школьную линейку слушать зануду директора.

Илья был рыжий, как и сам Костя, правда, веснушек у парня было намного больше. Немного тощий, но жилистый. А еще очень…, слово трудно подобрать, но даже через фотографию было отлично видно, можно было прочувствовать, что этот сероглазый парень очень умный, будто жизнью наученный, с опытом. Хотя, какой может быть жизненный опыт у восьмилетнего мальчика?

Костя сразу поверил, что Илья его сын. Сразу!

Черт, это же его копия в детстве! Правда, таким умом во взгляде сам Костя точно не отличался, а в остальном, как под копирку срисовано.

И это пугало. Сильно.

Костя в этом ребенке увидел часть себя, сразу признал его своим.

Но пока не представлял, что и как вообще ему делать, как действовать.

У Маришки много причин для злости и даже ненависти, если вспомнить о том, что он ее из жизни вычеркнул беременную, столько лет не появлялся.