– Вижу, что рада его приезду, но продолжаешь упрямиться. У любой гордости есть предел. Она не должна вырастать до такой степени, чтобы за ней не было видно тебя…

Я ей ничего не ответила, но мысленно возмутилась: «Почему все мою нерешительность принимают за упрямство или гордость. Я не всегда знаю, как лучше выйти из создавшегося положения, поэтому прежде чем решиться на какой-то поступок, хорошо все обдумываю. Ведь слова подобны стрелам, выпустив их, обратно не вернешь. По недомыслию, в порыве гнева можно наговорить кучу глупостей и обидеть человека, а я этого не хочу. А все сразу гордость-гордость!»

А после пошла, укладывать спать Тёмку. Обычно он быстро соглашается, но сегодня сопротивлялся до последнего: встреча с Женей после длительной разлуки подействовала на него возбуждающе. Пришлось идти на уступки: мы условились, что Женя заберет его завтра из садика до дневного сна. Но вот уже и Тёмка уснул, да и мне самой хотелось уже прилечь, но я все не решалась пойти в нашу спальню и с полчаса, наверное, ещё просидела на кухне, собираясь с мыслями. «Как я не люблю такие моменты! Знала, что нам предстоял серьезный разговор, но намеренно оттягивала его…» и когда сидеть дольше уже не было сил, я все-таки скрепя сердце отправилась в спальню. Но в спальне Жени не оказалось: он работал в кабинете. Я все ждала, что он, услышав, что я пришла, вот-вот появится, но нет, его все не было и не было. Так я и уснула, не дождавшись его.