Мой палец украшало кольцо из белого золота, обрамленное несколькими небольшими бриллиантами по бокам и одним крупным посередине. Казалось бы, всё это должно было сделать меня счастливой, но тогда почему я чувствовала внутри пустоту?

— Признаюсь честно, миссис Харрис, ― послышался грубый голос Дарена, ― мы не были подготовлены к Вашему визиту. У нас намечался тихий семейный ужин.

Медленно подняла глаза, ощущая, как сердце сжало в тисках.

Он только что назвал нас своей семьей…

— О, я понимаю, ― кивнула Одетт, ― и очень извиняюсь, что не предупредила Вас и мисс Дэвис. Но я была неподалеку, поэтому решила зайти…

— Чтобы что―то сообщить? ―прервал он её, складывая руки на груди. ― Я правильно Вас понял?

По лицу Ведьмы стало ясно, что Дарен снова зажал её в углу. Даже, если бы Одетт Харрис пришла сюда с совершенно иной целью, ни за что не позволила бы об этом узнать.

— Да, верно. И я хотела сделать это лично, ― она натянуто улыбнулась, а затем перевела взгляд на меня. Было видно, что следующие слова дадутся ей крайне тяжело. ― Документы почти готовы. Лидия вышлет их вам завтра утром. Но даже сейчас могу сказать, что… Аделаида уже может официально считаться вашей приемной дочерью. Поздравляю.

Мне показалось, что я вот―вот упаду ― пусть даже и стараюсь крепко и ровно сидеть на стуле. Глаза наполнились слезами, а когда Адель с радостным визгом бросилась мне на шею ― расплакалась, не выдержав, нахлынувших чувств.

Я обняла малышку и прижала её к себе, краем глаза замечая, что Мэнди и Элли так же тайком утирают слезы. Вот, где было истинное счастье, и вот, что смогло заполнить пустоту в моей груди.

Отдаленно слышала восторженные охи Мэнди ― её восхищения кольцом, его размером и стоимостью. Но сконцентрироваться пыталась на другом.

Дарен почти тут же выпроводил Одетт из квартиры, умудрившись при этом соблюсти все нормы приличия и галантно довести её до выхода. Более или менее успокоившись, я ещё раз поцеловала Адель и, пообещав ей отойти всего на минутку, направилась к человеку, которому в этот самый момент была готова подарить абсолютно всё. Ему стоило только попросить.

— У тебя есть ключ? ― тихо спросила она, как только за Одетт закрылась дверь.

Дарен ответил не сразу, поэтому понять, о чем он думал, я не смогла. Он сунул руки в карманы и лишь после этого повернулся.

— Здесь столько всего произошло, а тебя интересует, есть ли у меня ключ?

Он сказал это без злости или раздражения. Его голос был спокоен и тих. И уже в который раз я поразилась его многогранности.