— Как работа? — равнодушно поинтересовалась она.

— Нормально, — я махнула рукой, — не жалеешь, что не пошла со мной?

— Нет, Дин, не жалею. Надоело. Нормального мужика хочу, а не этих — изобразила жестом наездника, — с походкой Чарли Чаплина.

Я прыснула, вспомнив походку наших мальчиков-танцоров.

— Ну знаешь, моя мама говорит, что каждый день благодарит всех богов за то, что они послали ей моего папу, а он у меня, сама знаешь, — я изобразила руками наездника, передразнивая её. — И для нас с сестрой она мужей подбирала из папиной деревни. Она тогда изучила всех парней, подходящих нам по возрасту. — Я опять прыснула, вспомнив эпопею с женихами. — Помнишь же, родители были категорически против Пети.

Она пристально на меня посмотрела своими серо-зелёными глазами:

— Маме твоей повезло. И папа твой не танцор. Хотя, может, они и правы были.

Я в недоумении уставилась на неё.

— Выйдем, поговорим, — предложила она, — пока девочки тут семейную жизнь обсуждают. — И не дожидаясь моего ответа, встала и поплыла на выход.

— Ты так и не бросила? — спросила я, догоняя её и немного смущаясь от мужского внимания направленного сейчас на нас.

Она ничего не ответила. Достала сигареты, задумчиво прикурила, уставившись куда-то вдаль.

— Не дыми на меня, — я отошла, чтобы не дышать сигаретным дымом.

— Как муж? — холодно спросила она, поворачиваясь ко мне.

— Хорошо, — я невольно улыбнулась, вспоминая любимого мужа и наш вечер перед его отъездом, — уехал на рыбалку с друзьями. Знаешь, я тоже каждый день благодарю судьбу за то, что она свела меня с Петей. Мне с ним очень повезло. Не знаю, кто ещё смог бы терпеть мою работу, гастроли мои постоянные, да ещё эта учёба. Всё! Сдаю осеннюю сессию и ухожу лет на шесть в декрет. — Радостно поделилась я своими планами.

— Дин, вот не понимаю, как ты со своей работой, умудряешься оставаться такой наивной? Твой драгоценный Петя, изменяет тебе.

Мне как будто ударили под дых. Резко закончился кислород. Я уставилась на неё, хлопая губами, как рыба, выброшенная на сушу, пытавшаяся продлить свою предсмертную агонию.

Мой Петя? Мой единственный мужчина, который заменил мне всех: маму, папу, друзей и был для меня центром вселенной, мне изменяет? Ложь! — хотелось крикнуть громко, но получилось только жалко прошептать:

— Неправда…

— А ты спроси у сестры.

Нокаут…