— Ух ты, Господи, у милой девочки прямо-таки есть зубки. Тупенькие, правда, как и она сама, но есть! — ехидно скривилась моя собеседница.

— Что вам нужно? Вы не тот человек, с кем я хотела бы проводить хоть одну лишнюю минуту, — я сложила руки на груди, отказываясь поддаваться на провокации.

— Да лишних и не надо. Со мной и, тем более, с Арсом. Это не пойдет тебе на пользу, де-е-еточка! — опять потянула слова Люся.

— Мне это воспринимать как угрозу, те-е-етенька? — ответила я, стараясь не вкладывать никаких эмоций.

Люся чуть дернула головой, справляясь со своим раздражением.

— Боже упаси! Я тебе добра хочу, милая, — она упорно «тыкала» мне и скорчила гримасу, которая, наверное, в ее понимании олицетворяла сочувствие, но, на мой взгляд, больше напоминала боль от геморроя. Хотя я ведь не доктор, откуда мне точно знать? Но с закипающей желчью ничего поделать не могла.

— Кстати, если ты пытаешься мне намекнуть на мой возраст и идущий с ним в комплекте опыт, то зря стараешься. Возможно, и есть мужчины, которые ведутся именно на чистоту и невинность, у тебя на лбу написанные огромными буквами, но Арс точно не из них, — она, говоря это, упорно пыталась поймать мой взгляд, но я смотрела только на маму и ее пожилого собеседника.

— Очевидно, у вас совсем плохо с чтением по лицам, если я могла вам показаться невинной. И я все еще не услышала ничего о том, к чему, собственно, сам этот разговор.

— Детка, если Арс немного повалял тебя по постели, это не значит, что хоть как-то затронул твою невинность по-настоящему, или ты хоть сколько узнала, каков он на самом деле. С такой, как ты, он никогда не сможет быть собой. Думаешь, он романтичный любовник, только и мечтающий ласкать тебя робко и трепетно? Нет! Он реально безбашенный похотливый зверюга. Самец, который трахает, жарит, натягивает, долбит, но никак не занимается любовью. Требовательный, жадный, желающий иметь тебя так жестко и туда, куда ему нужно. Он был с тобой таким?

Моим щекам стало горячо от кратких острых воспоминаний, и я мгновенно разозлилась на себя за то, что наверняка покраснела, выдавая себя Люсе. Каким был со мной Арсений? Жадным и требовательным? Да. Похотливым и ненасытным? Однозначно. Был ли он жестким во время секса? Возможно, почти на грани. Но при этом была и неистовая нежность, и забота о моем удовольствии, на грани его собственного самоистязания. Каждую минуту нашей близости я все время ощущала, что получаю в разы больше, чем отдаю. И даже если это не так, и я просто действительно ни черта в этом не понимаю, то отказываюсь думать об Арсении, как о какой-то эгоистичной скотине, занятой только своим удовлетворением и использующей мое тело как вещь или инструмент. Этого он не дал мне почувствовать ни разу, так что пусть Люся катится со своими характеристиками!