— Да, — кивнула, отстегивая ремень безопасности.

Миша устремился следом и довёл до подъезда. У входа порывисто обнял и горячо зашептал:

— Всё образуется, Вик. Увидишь. Я с тобой и всегда помогу. Ты сильная. Всё наладится.

Кивнула, поджав губы. Ощутила поцелуй на макушке.

— Я позвоню тебе завтра, — пообещала я и скрылась в глубине подъезда.

Мама же словно ждала меня. Дверь открылась почти сразу и она не задала ни единого вопроса. Только крепко обняла и позволила мне выплакаться на своём плече.

Ложась в постель, совершенно чётко для себя осознала, что ту любовь, которую столько времени холила и лелеяла, за которую столько боролась — потеряла сегодня навсегда.

Хватит! Не хочу больше выпрашивать, молчать, когда бьют больно словами, прощать, каждый проступок, наивной девочкой веря в его обещания. Я отдала ему всё, что было, а взамен получила лишь сожженное до тла сердце и душу.

Но я верну это всё назад. Он больше никогда не сделает мне больно! Хватит!

— Тебе сейчас нужно быть очень сильной и твердой, доченька, — сидя на краю моей кровати, мама разглядывала свои карты. — Много беды свалиться на нашу голову.

— Мам, убери их, пожалуйста, — я не верила в эти бредовые вердикты. — Хуже, чем сейчас, по-моему, быть не может.

— Предупреждён — вооружён, — но карты ушли с моей постели. — Я не позволю больше обижать мою девочку. Мы снова будем дружной и счастливой семьёй.

Мама решительно поцеловала меня в лоб и, бурча под нос девизы новой жизни, ушла.

Да, может ты и права. Я буду счастлива, не сразу, но сделаю всё для этого!

Закрыла веки в ожидании нового дыхания, новых мыслей и трезвость чувств и эмоций.

Завтра новый день! Без ошибок. Завтра новая я.

Она — несчастье

Она — несчастье

ГЕРА

Она не проходила. Проклятая боль грызла душу и потрошила сердце в труху.