— Прошу вас… Умоляю! — слёзы рекой текли по щекам, тело пустая субстанция, дрожит подобно осиновому листу.

Полицейские вывели на улицу, где меня сразу вывернуло наизнанку. Подождали, когда отпустит и дотащили до полицейского коробка. Один сел со мной, второй за руль.

— Давай без фокусов только. О невиновности будешь следователю плакаться.

Поняла, что произошло страшное и непоправимое. Савву убили и главный подозреваемый — именно я. Боже, боже…

Перед глазами агония мужчины, изуверский нож в теле, тускнеющий, такой привычный взгляд и его попытка, что-то сказать… Он мертв?! Его больше нет?! Нет?! Я даже не простилась с ним. Не сказала многого…

Зачем?! Кто?! Почему?!

Обняла живот руками и горько заплакала, ожидая, когда окажусь за решёткой.

Следак

Следак

ВИКА

Путаясь в собственных ногах, шла по коридору старого здания ИВСа. Громко хлопали от сквозняков двери, голоса эхом разносились по коридорам.

Кровь Саввы оттягивала брюки на коленках, а ладони стянула коричневая корка. Соленые дорожки слез на лице образовались в плёнку. Живот продолжало крутить и я нервно держалась за него руками, всеми силами утешая себя и малыша, что всё обойдётся.

— Что, опять блевать собралась? — брезгливо посмотрел на меня коротыш.

— Я беременна, — проронила, вздрагивая всем телом.

— Бля, че раньше не сказала? — сердито рыкнул он.

Смотрела в угольки его мелких глаз, не понимая до конца в чем снова провинилась.

— Да ну, Стасян, не пузатая ещё. Посидит часок другой. Ничего с ней не случится, — отмахнулся лысый.

— Там половина "обезьянника" в шлюхах да наркошах, и чего доброго сделают ей чего-нибудь, а нам потом отвечать. Лучше Палычу позвоню, пусть он рулит, его же подозреваемая.

Пока мужчины решали, что делать со мной дальше, я оперлась о стену. Мутило по-прежнему и ломило в пояснице.

— Давай быстрей, зелёная вон вся, — коротыш явно нервничал, глядя как напарник набирает номер в телефоне.