— Хорошо, — понимающе кивнул ему. — От вас жду данные Шестаковой и вашего охранника, — невольно вздрогнул от вибрации сотового в кармане. — Калин.

— Поисковый отряд нашёл Широкова, — сообщил младший оперативник. — Точнее его тело с ножом в печени. В лесу близ кладбища Мамоново-Дальнее.

Звук больше похожий на свист исшел из моей груди. Дело набирает оборот, перерастая в большие масштабы. Не может обычная беременная кондитерша материализоваться в серийного убийцу. Хотя для серийного ещё недостаточно трупов.

— Сообщите, Феосову, что я еду в Мамоново, — и сбросил вызов. Посмотрел на Бермуда. — Широков найден мёртвым.

Напарничек

Напарничек

Вика

Больше ничего не чувствую — ни боли, ни унижения, ни стыда, даже усталости больше нет. Выжата до последней капли. Пусто.

Герман молча ушёл за следователем. Должна ли о нём думать? У него самого рыльце в пушку и это доказанный факт, а я вновь объект чьей-то ненависти. Хотя идентификация врага — просто не доказанный факт. Я знаю, что это Лика. Только она может думать так извращено и низко. Господи, как хочется кричать ей, чтобы забирала. Мне уже никто не нужен! Хочу покоя. Бери и уходи! Оставь меня!

Но то, что творится вокруг добивает и добивает. Секс с Саввой? Да что за бред?! Он мой друг, как брат. Господи! Это инцест, взять и переспать с ним. Люди, вы чего?! В груди всё покрывалось чернотой, гуще, чем гудрон. Едко, гадко и противно. И хуже всего, я по-прежнему верила, что Гера услышит меня, защитит и оградит. Поставит клеветников на место и будет рядом. Но его снова нет… Тишина.

— Привет, — голос от дверей под самый вечер моего одиночества. Миша! Я радостно засияла и потянула к нему руки. — Ты опять здесь?! Да, ты явно хочешь быть со мною рядом! — мужчина радостно улыбался и заключил меня в объятия.

— Миша, — максимум что смогла проронить и счастливо его обнимала. Хотелось вновь расплакаться в этих теплых и дружеских руках. Нет! Я обещала себе быть сильной.

— Почему не позвонила мне? — укоризненно смотрит на меня. — Прихожу на работу, а ту на те новости. Виктория Андреевна собственной персоны. Хотя, признаю, рад тебя видеть. Как ты и бойкий пацан?

— Пацан? — удивилась искрене. — Пол ещё неизвестен.

— Это будет мальчик, — озорно подмигнул. — У меня чуйка. Всегда угадывал.

Все невзгоды словно испарились, и я весело и счастливо смеялась, пока этот мужчина шутил и озорно паясничал. Потом Миша начал рассказывать, как ещё интерном проходил практику в родовом отделении.

— Я готовый к сценарию из фильмов, ждал криков "Тужься, тужься!", и совсем обалдел, когда акушерка начала кричать роженице "Какай". Я извиняюсь…