Томный выдох мне в рот. Сладостная истома. Устремился к ней в трусики, но девушка, словно перестала ощущать блаженство. Уперлась ладонями мне в грудь и попыталась оттолкнуть.

— Герман, не надо. Перестань. Стой! — тяжелое дыхание и трепет выдавали её. Нет! Не уйдёшь! Мы оба стоскавались друг по другу. Оба нуждаемся в ласке… Но дальнейшая реплика жены ударила, сразив наповал. — Я переспала с Мишей!

В болезненном шоке уставился на неё:

— Что ты сказала?!

Наш мир

Наш мир

Вика

В груди ныла совесть. Он хоть и сделал вид, что всё пустяк, но мне это не помогло.

Я позволила другому мужчине притронуться к себе. Тело, которое навечно пообещала мужу, отдала как последняя шлюха. До сих пор не могу понять, как это вышло. Словно тысяча голодных девиц возродились в моей сущности. Я отключилась, идя за знакомой порочностью, совершенно не отразив, что благодетель — чужак.

Как после этого смотреть в глаза мужу? Реплики и оправдания в мою пользу не работали.

Да, Герман тоже изменял. Да, мы в процессе развода. Да, гормоны плещут и я, как раскаленные угли. Но это неправильно! Я не смогу больше невинной овечкой смотреть на Геру. Я ведь вижу, как он раскаивается, как виновато смотрит. И в чём теперь я лучше его?

Увидев на лице супруга следы от побоев, готова была простить ему всё, ласкать, жалеть и обнимать. Только как переступить эту жирную черту, которую так рьяно провели между нами?

Напугал до чертиков, когда звал меня из нашей супружеской. Его тело в поту металось по кровати, а покои оглушали крики моего имени. Стало неистово страшно и поспешила его разбудить.

Много слов: извинений, откровений, просьб и увещаний. Эта поездка явно очень сильно повлияла на него. Капризного и самовлюбного мачо давно нет.

Его руки на моём теле, от которых вновь обжигало жаром, губы, по которым до безумия стосковалась, запах любимого мужчины. Начала растекаться под ним, млеть от ласк, нетерпеливо подаваться телом к нему. Голова закружилась в вихре.

Ощутила, как его ладони скользнули под нижнее бельё и звоночек совести сработал мгновенно. Я не могу так! Он должен знать! Нет, не с целью обидеть и сделать больно… Это моя исповедь.

— Что ты сказала? — лицо переполненно шоком и болью.

Поспешила освободиться от его рук и отойти на безопасное расстояние.

— Прости. Ты не ослышался, — хрипло уронила я, отступая к дверям.