— Маша… Машка… дрянь моя сладкая… — шепчу на выдохе.

Обхватываю ее лицо ладонью и к губам тянусь. Агрессивно поднявшаяся верхняя губа обнажает острые зубки.

Предупреждающе шипит.

Нельзя. Запрещено.

Похер на запреты. Впиваюсь губами и получаю сильнейший укус. Остатки крови бахают в трусы. Срывает чердак.

Продолжая удерживать Машу за подбородок, вклиниваю между ее ног свое колено и отвожу бедро в сторону, максимально ее раскрывая. Растираю влагу по мягким губкам, легонько похлопывая, и вгоняю два пальца.

— Так надо?

— Да, — шипит как змея.

— Нравится тебе?

— Не останавливайся…

— Нравится! — хриплю, не узнавая собственного голоса, — бл*дь моя…

— Нет…

— Моя! — трахаю рукой так, что с каждым рывком она встает на цыпочки.

Стоны сменяются всхлипами, а вскоре и вовсе переходят в крик. Маша кончает. Я тоже едва не спускаю в штаны. Чувствуя ее оргазм ладонью, прижимаю к себе, не давая упасть. Стоять самостоятельно она сейчас не может.

Постепенно она затихает. Упираясь руками в стену, роняет голову на грудь. Даю ей пару минут на восстановление дыхания и разворачиваю к себе.

Не дается.

— Сядь в кресло, — велит тихо.

Замираю. Что она задумала?

— Садись!

Делаю, как она просит. Усаживаюсь и, оперевшись локтями в колени, на нее смотрю.