— Ничего не изменилось, — прочищаю горло и добавляю, — мы уже больше двух недель не виделись.

В Сережиных глазах мелькает искреннее недоумение. Рука с кофе замирает в воздухе.

— Почему?

— Паузу… кхм… решили взять, — фокусирую взгляд на зеленых буклетах, — может, и не паузу, может, уже все…

Вслух это звучит неожиданно пугающе. Голос на последнем слове ломается, и кожа под шелковой блузкой покрывается липким потом.

— Поругались?

— Он узнал про нас с тобой.

Сережа непонимающе хмурится. Поерзав в кресле, меняет позу и, сложив руки на столе, переносит на них вес тела.

— Зачем ты рассказала?

— Я не рассказывала… Так вышло, — вздыхаю сдержанно, — он, вероятно, думает, что… между ним и ним я спала еще и с тобой.

Волков, глядя на меня в упор, молчит. Сжав губы в узкую полоску, линует мое лицо острым взглядом.

Чувствую, как кожа нагревается.

— Ты сознательно отталкиваешь его?

— Что?.. Нет! Просто не хочется…

Боже… Неужели, это правда?

Сердце, разгоняясь, больно ударяет в ребра, горло стягивает спазмом. Хватаюсь за свой кофе.

— Не боишься перегнуть палку, Маша? — спрашивает он тихо.

— А может, я только этого и жду?..

— Чего? Что ему самому надоест? Что он первый сдастся?.. Ты его на прочность проверяешь, что ли?

— Он уже сдался! Из-под другого я ему не нужна!