Мама никогда не отличалась особой проницательностью, а потому коротко кивает и отворачивается обратно, смотря сквозь лобовое стекло папиного внедорожника. Материнский долг исполнен.

От магазина мы поворачиваем налево, а затем направо, аккуратно объезжая выбоины на разбитой асфальтированной дороге, вдоль которой по обе стороны рассыпаны одинаковые незамысловатые двухэтажные дома с огороженной территорией.

Типичная деревня. Люди, занимающиеся своими делами в огородах, с интересом разглядывают наши черную иномарку, медленно проезжающую мимо них.

Как я успеваю заметить, наша машина, слишком дорогая для здешних мест, привлекает к себе излишне много внимания.

Взгляд улавливает группу детей, лазающих по бревнам, и я наблюдаю за их непосредственностью, когда папа тормозит возле последнего дома в конце дороги. Приехали. Дальше только глухой лес.

– Вот мы и дома, – мама старается казаться жизнерадостной, а мне всё больше не по себе.

Выхожу из машины, вдыхая аромат летних цветов и скошенной травы. Наш дом выделяется из общей массы построек, которые мы проехали.

Трехэтажный, из выцветшего кирпича, огороженный глухим деревянным забором, он выглядит неприветливо и напоминает мне тюрьму.

– Это наш дом? – на всякий случай уточняю я.

Я всё ещё надеюсь, что папа скажет «ну нахрен» и повернет обратно, отвезет меня в настоящих дом, наш родной, забыв об этой глуши.

– Да, детка, можешь выбрать любую комнату, – ободряюще улыбается отец, потрепав меня по плечу. – Захвати с собой пакет с продуктами, – добавляем он и вразвалочку направляется к дому, ступая по разбитой плитке вдоль стены.

Это конец. Крах всех моих надежд на это лето.

Всё ещё надеясь, что я проснусь от этого деревенского кошмара, я послушно цепляю рюкзак на плечо из открытого багажника и понуро плетусь к дому за родителями, которые уже пытаются вскрыть железную дверь старым ключом.

– Осторожно!

Едва я отхожу от машины, выходя на разбитую дорогу, на меня налетает парень на велосипеде, тормозя буквально в сантиметрах от моего тела.

Я даже роняю пакет с продуктами на землю и визжу для профилактики.

– Все нормально?

– Чуть не убил! – поспешно наклоняясь, чтобы собрать рассыпанные яблоки. Сердце всё ещё учащенно бьется, пока я наблюдаю, как его руки, перепачканные чем-то черным, собирают фрукты обратно в пакет.

– Не заметил тебя. Ты вышла из-за машины прямо на дорогу слишком резко.

– Потому что я планировала в дом свой зайти! – взвиваюсь я, не услышав даже извинения от этого хама.