– Сильно не радуйся только, – услышал в спину. Тревога снова голову подняла.

– Угроза?

Глеб не ответил. Ничего, разберемся. Сейчас казалось, что у меня выросли крылья.

– Закрывайте сделку, – бросил своим и поехал в офис.

В душе наконец царила гармония, поэтому у меня все в руках горело и спорилось! Я давно женат, и привык к чувству легкости и внутреннего комфорта, принимал как должное. Думал, это мое. А нет. Это не от меня зависело, а от дома. Если тебя ждали и любили – жизнь в удовольствие. А если нет – все пропало, везде пиздец поджидал.

Я очень надеялся, что так будет всегда, даже немного расслабился, пока около пяти вечера ко мне чуть ли не силой ворвалась Таня Орлова, мой бывший секретарь. Она была в панике.

– Роман Андреевич, вызвать охрану? – за ней сразу залетела Виталина Степановна.

Я нахмурился, смерив Татьяну строгим взглядом.

– Роман Андреевич, это срочно, выслушайте! – умоляла она. И казалась очень заведенной. Окей.

– Виталина Степановна, все нормально, – и к той повернулся: – У тебя минута.

– Спасибо… – Таня переступила с ноги на ногу, глаза отвела и заговорила: – У меня сегодня должно было быть интервью в одной газете. Про вас. Я должна была обвинить вас в харассменте.

– Что?! – изумленно нахмурился. – В каком харассменте?! Ты что пьяная!

– Роман Андреевич, простите. Я обманывала вас. Я изначально должна была вас соблазнить и подставить перед супругой. Но вы не такой. Поэтому я и полюбила вас, – закончила тихо.

– В смысле? Тебя подослали, что ли?

Блядь, как, сука, в шпионском фильме! Голливуд отдыхает! У Татьяны были прекрасные рекомендации и опыт. Она пару лет проработала в административном блоке, прежде чем ко мне попала. Кто такие многоходовки провернуть решил? Да и зачем?!

– Я работала в одной из дочерних структур «СтройНавэк» и…

– Ольшанский? – грубо прервал. Таня энергично кивнула. Вот мудак. Больной. Гребаный сталкер.

– Он мне с деньгами когда-то помог, и попросил об услуге. Вас проверить на вшивость. Так он сказал. Но не вышло, и Глеб забыл про меня. Столько лет прошло… После нового года позвонил, спрашивать начал, и я призналась, из-за чего вы меня перевели. Обижена была. Он сказал, что должна буду рассказать всем, что вы домогались меня: дать интервью разным медиа. Я согласилась, – и стыдливо глаза отвела.

– А сейчас что, передумала? – презрительно осмотрел ее.

– Да. Я не могу. Роман Андреевич, вы замечательный человек, и я не хочу портить вам жизнь. Я уже написала заявление по собственному и просто хотела предупредить…