— Свадебный подарок.

Всякий раз, когда я делал подарки девушкам, они смотрели на камни не менее чем восторженно. И скорее торопились нацепить побрякушки на себя.

В который раз убеждаюсь, что Жасмин другая.

На украшение с драгоценными камнями она смотрела как на кусок бесполезного камня.

— Это ни к чему.

— Я сам буду решать, — отчеканил строго.

Я разозлился.

Жасмин делала это по щелчку пальцев — поднимала во мне тихую ярость и заставляла быть грубым.

— Повернись. Я надену.

Она выполнила приказ и дернулась как от ожога, когда я поднял фату. Отвел тяжелые волосы в сторону, и прохладные камни упали на ее белоснежную шею.

Ей непривычно.

Я во всем был первый. Даже в подарках.

Это приятно.

Расправляю ее черные волны и разрешаю повернуться ко мне. Губы Жасмин не дернулись в подобие улыбки. Остались такими же строгими, но чертовски привлекательными.

Вернув фату на место, приказал:

— Идем. Нас ждут.

Я подставил руку, предлагая ей локоть. Белый шелк сплелся с обычным черным костюмом.

Церемония брака состоится в отцовском кабинете. Я не хотел, чтобы на Жасмин глазела толпа народа, когда она будет выдавливать свое недобровольное «да».

Двери кабинета были распахнуты, внутри нас ждали отец и матерью и регистратор. Снаружи, улыбаясь, стояли Рустам с Полиной и сестра с мужем.

Их дети бегали внизу, под лестницей, но вели себя тихо.