— Ну ты и…

— Мерс застрахован! Ну че ты, Даш!

— Да «ниче»! — ору ему в лицо и начинаю обходить уже непригодное такси. Горько бросаю за спину: — Размножайся дальше. Только уже без меня.

— Да не убегай! — запястье обжигает стальная хватка. — Я накосячил жестко, я не отрицаю. И сожалею очень! Но теперь уже ничего не исправить, понимаешь?! Уже только остается принять…

Железная логика. Я принимать это должна? Я?!

— А меня кто-то в известность ставил, что я такое принять должна?!

— Даш…

— Мне нужно побыть одной, — отрезаю. — Не ходи за мной.

Срочно хочется смыть с руки его прикосновение.

— Я тебе другое такси вызову и сам тут разберусь, ладно? А ты спокойно поедешь домой.

Серьезно?! СПОКОЙНО?!?!

Он правда думает, что я сейчас вернусь в его квартиру?!

— Нет, дорогой. Ты сегодня без меня ночуешь. И завтра тоже.

— Даш, ну не надо так! Даш!

Наблюдаю за тем, как он поджимает губы, как крепкая грудь вздымается и ритмично опадает. Вижу, что он напряжен, как скрученная пружина. Старательно сдерживается.

— Не трогай меня пару дней. Мне надо прийти в себя. И еще я вещи хочу забрать. Созвонимся, — бросаю на прощание, с трудом, но вырывая все-таки руку из его захвата, и иду ловить себе попутку.

— Даш, какие вещи! Я с ней практически не общаюсь. Так… по необходимости!

Я уже понимаю, что это не мимолетный порыв, это не просто эмоции. Это уже разочарование. Но обсуждать дальше я пока не в состоянии. Иначе сорвусь на истерику, а мне нужно где-то взять силы. Чтобы не вспоминать его затравленное выражение лица. И успокаивающую женскую ладонь, что так ласково гладила округлый живот.

Стягиваю с пальца кольцо, подаренное еще зимой. Беру мужскую руку в свою, вкладываю платиновый обруч. Как я мечтала. С огромным булыжником. Дура была: разве об этом мечтать нужно?..

— Если бы ты с ней не общался, она бы не позволила себе командовать. И вообще бросать комментарии. Ты мне врешь сейчас. Вы давно знакомы и общаетесь довольно близко.