Стоп, Александровский, замри! Только хуже сделаешь. Найти бы нужные слова! Знать бы, как вытравить из памяти тот ужас…

- Спасибо, что поехала со мной.

Хочет что-то ответить, даже ротик приоткрыла, но – нет. Просто опускает голову ниже.

- Лика, я люблю тебя. Я не намерен отступать, слышишь?

Молчит. Да что ж… Чёрт. Вместо того, чтобы отпустить, еще немного приближаюсь. Хочу аромат ее почувствовать. Её почувствовать.

- Я… можно мне уйти?

Голосок вибрирует испуганно. Боится меня. Я и сам себя боюсь, шальной.

Но все-таки, чуть помедлив, отхожу.

Выходит, к своей спальне направляется, я как привязанный за ней, туда же. Просто чтобы еще раз сказать, что люблю. Еще один раз в глаза посмотреть.

- Лика…

- Разве, когда любят, так поступают?

Стоит ко мне спиной, взявшись за ручку дверную, вижу, как на шейке жилка бьется, волосы там у самого основания такие нежные, золотистыми колечками вьются. Не могу удержаться, прижимаюсь к ней сзади, выбивая из груди перепуганный вздох, губами нахожу то самое место, от ласк которого её сразу кроет, накрываю. Не вырывается, стоит замерев, окаменела просто.

- Когда любят, всё бывает, слышишь? Если бы не любил как одержимый, не ревновал бы как бешеный, понимаешь? Только ты одна везде, везде тебя вижу, с ума схожу! Прости меня, давай забудем все! Не нужно время терять на выяснения. Да, виноват! Только я виноват! Если бы… если бы я хотя бы предположить мог! Я же…

- Не надо, пустите, пожалуйста. – голос у неё дрожит и срывается, глухой, больной… Ей не всё равно! Точно не всё равно.

Разворачиваю резко на себя, к стене прижимаю, лицо беру в ладони. Глаза в глаза. Вот так. Чтобы узнать до конца! Тут не солжешь!

- Я люблю тебя, Лика! Люблю! Ты ведь… ты тоже меня любишь? То, что я сделал – ужасно, и прощения мне нет. Но я умоляю, на коленях умолять буду! Прости! Позволь мне все исправить! Позволь показать тебе рай, любимая…

Всхлипывает, головой качает, глаза сразу слезами наполняются, словно невидимую дамбу прорывает.

- Не могу… не могу… Я… просто не могу теперь! Как вы не понимаете? Никогда не смогу!

Лавина обрушивается на меня, лавина чувств, боли, страха, сносит, взрывает изнутри, опустошает, проносится стремительно, оставляя после себя только голые камни. Что же я сотворил с тобой, девочка моя? Что же я сотворил!

И в то же время, где-то в глубине, на дне души, растет осознание – нельзя её сейчас выпускать! Нельзя! Нужно что-то сделать, как-то разрушить стены, которые она возводит.