Отпускает! Да она просто боится привязывать. Боится, что я снова сотворю какую-нибудь дичь… предам. А я, вместо того чтобы зацепиться за её мольбу, за слова о том, что она меня ждет, выгребаю себе отсрочку. Потому что тоже боюсь.

Я, взрослый мужик, боюсь приехать и снова натолкнуться на этот арктический лед в ее глазах…

Тащусь зачем-то на это долбанное мероприятие.

И, конечно, по закону подлости попадаю в дебильнейшую ситуацию с какой-то тупой куклой, которой пиар нужен.

Не успеваю домой доехать, как звонит Инна, орет как потерпевшая, что я полный кретин, если променял Лику на эту пустышку силиконовую.

Чёрт, понимаю, что если мою физиономию в сети увидела бывшая, то и Лика вполне себе может увидеть. И какова будет её реакция предсказать сложно.

Собираюсь за пять минут, прыгаю в тачку. До Питера по новой платной трассе я могу домчать за несколько часов. Утром буду там.

Буду с Ликой. Рядом.

Решаюсь позвонить перед выездом на скоростное шоссе. Беру в придорожной забегаловке крепкий кофе – удивлен, но сварено на славу.

Пью. Набираюсь смелости. Звоню.

И опять натыкаюсь на стену.

Ей все равно.

Чёрт… твою ж… все равно! А как же слова, которые сказала несколькими часами ранее? Что ждет? Что любит?

- Не ревнуешь, потому что тебе всё равно, да?

- А если да?

Так значит? Значит всё равно? Отлично, родная! Сейчас я приеду и покажу, насколько тебе всё равно! Всю ночь буду доказывать, что тебе плевать на меня, пока сознание не потеряешь от силы этого «всё равно»!

Допиваю кофе, забираю приготовленный для меня еще один стакан в специальной термокружке.

- Лика, я еду к тебе, слышишь? – не говорю, рычу! - Нам надо поговорить. Я больше не могу так. Просто не могу! Я…

Дикий удар, скрежет железа, от неожиданности роняю телефон, обжигаюсь кофе, выплеснувшимся на руку из плохо закрученной крышки.

Поворачиваюсь, чтобы увидеть впечатавшуюся в столб новенькую иномарку. В ней подростки, почти дети. Твою ж дивизию!