Оглядываюсь – у кафе я, и еще пара крепких мужиков, явно не из местных. Не раздумывая бросаемся на помощь, кто-то выносит из кафе огнетушитель.

Машина загорается, но мы успеваем спасти этих юных камикадзе.

У них различные травмы, больше всех пострадал как обычно не водитель, а тот, кто сидел рядом.

Я понимаю, что вытаскивая их мы могли усугубить состояние, но если бы не вытащили – парни тупо сгорели бы в этой консервной банке.

Все происходит быстро. Минут двадцать прошло после моего разговора с Ликой.

Бегу к своему внедорожнику, телефон так и лежит на асфальте. Признаков жизни не подает.

Плевать.

Прыгаю в машину, стартую. Всего несколько часов и я буду с ней.

И уже выясню, наконец, всё! Не дам уйти от ответа.

Если ей так плохо, если она себя обманывает, говоря о любви – что ж, придется как-то с этим бороться. Завоевывать. Отвоевывать. Я готов.

Отпускать не намерен. Пусть не надеется!

Я, конечно, обещал дать ей свободу. Но сейчас думаю, что демократия нам в этом деле ни разу не помощник.

У меня будет строгий диктат. Она моя любимая и всё! Я хозяин в доме. Я для того, чтобы содержать, поддерживать статус, выполнять приходи.

На руках носить. О любви шептать!

Именно!

Мимо пролетают покосившиеся домики и неожиданные замки нуворишей, заснеженные поля и какие-то речушки, хвойные леса и аккуратные станции.

У дома я ближе к рассвету.

Понимаю, что все отдыхают, но у меня есть ключи.

Странно, что в окне горит свет. Лика полуночничает?

Мне это на руку.