Дальше чашка горького кофе, сигарета, выкуренная наспех на балконе, да, и поменять воду в вазе с тюльпанами. Конечно, это могла бы сделать и домработница, которая сегодня придет наводить порядок, но руки сами потянулись, а я и сильно не сопротивлялся. Не могу заботиться пока о Еве, так хоть о цветах позабочусь.

М-да, стареешь, Дамир Таирович.

Костюму я сегодня предпочитаю джинсы с пуловером, а пальто меняю на куртку. Встреч деловых не предвидится, значит, можно поступиться дресс-кодом.

Потом, подхватив ключи от машины, мчу на работу.

Сегодня я сам себе и водитель, и охранник, и посыльный. Слава еще неделю назад просил выходной на этот день и как-то, будучи особо болтливым, “любезно” сообщил мне, что у его подруги сегодня день рождения, и он планирует встать на одно колено.

А когда же мне уже предоставится такая возможность – отдать свою руку и сердце и всего себя с потрохами снежинке?

Не знаю. Вся надежда на Громова и его фирму частного сыска. Но хоть у кого-то в этом мире все сладко да гладко, и то хорошо.

На работе появляюсь минута в минуту с началом рабочего дня. Первым делом, уладив насущные вопросы с отделом кадров и перекинувшись парой слов с Натальей, которая теперь там всем и заправляет, поднимаюсь к себе. И тут же на пороге сталкиваюсь с...

– Громов?

– Абашев? Ну, я тебя уже заждался тут, что это за график работы, с девяти утра?

– Тебя не узнать! – улыбаюсь, как дурак, обнимая смеющегося старого друга.

– Взаимно, что-то ты совсем, смотрю, из жизни выпал. Так хоть раз в месяц объявлялся, посиделки устраивали, а тут тишина! – хлопает по спине Денис, а я все еще пялюсь на того, кого знаю с самого детства, и в голове не укладывается: он бороду отпустил! Хотя признаю, она ему солидности добавляет. И суровой серьезности, что в его работе только плюс.

– Закопался в работе и в личных проблемах, – отмахиваюсь. – А ты, я смотрю, узнал, что такое барбершоп? – подкалываю, открывая дверь в свой кабинет.

– Поугорай еще, сам-то из салонов красоты, небось, не вылезаешь, принцесса? – гогочет друг, получая кулаком в плечо.

– Олеся, принесите нам… –  смотрю на Громова, вальяжно развалившегося в кресле для посетителей.

– Чай с лимоном.

– Чай с лимоном и мне, как обычно, кофе, – иногда мне кажется, что я поглощаю его литрами. Собственно, так же, как и выкуриваю сигареты, пачками. – Меня ни для кого нет, совещание перенеси на послеобеденное время.

– Хорошо, Дамир Таирович.

– Ну что? – слышу, как только закрываю за собой дверь, скидывая куртку на вешалку. – Чем порадуешь? – тут же слетает вся веселость с лица друга, когда я усаживаюсь на свое место. – С чего будем начинать?